Алёна Кручко – Влюбись за неделю (страница 25)
«Кто такая эта Свенсон?» — заинтересовалась я. Посмотрела на часы — до конца третьей пары оставалось достаточно времени, срочных дел не было. И, вместо того чтобы возвращаться на кафедру, свернула к выходу. Полезно будет подставить лицо ветру и немного остыть.
— Изольда Свенсон возглавляет патентную комиссию. Она очень уважает доктора Норвуда, но по контракту все его изобретения в период работы в Академии Панацеи принадлежат Академии. Антипохмельная микстура — не совсем то, что хотелось бы получить директору Маскелайн, но и от такого она не откажется. Звучит несолидно, зато в финансовом плане крайне перспективно.
«Да уж представляю! И много у него таких изобретений? Одного антипохмельного наверняка хватит, чтобы плюнуть на нелюбимую работу и жить спокойно, ни в чем себе не отказывая».
— Изобретения доктора Норвуда в период работы в Академии Панацеи… — занудно завелась повторять Шарлотта.
«Я поняла! Хотела сказать, что Маскелайн хорошо устроилась: присосалась к профессору как пиявка и пользуется плодами его трудов».
— Доктор Норвуд — гений. Поэтому она сделает все, чтобы удержать его здесь как можно дольше. Академии Панацеи нужны те, кто способен поддержать ее престиж.
И казалось бы, что мне за дело? Да и для доктора Норвуда, хотя сам он этого не знает, сейчас жизненно важно совсем другое. Но почему-то разобрала такая злость! Вспомнилось свое, похожее. Пусть меня не держали на работе силой или обманом, как, судя по словам Сабеллы, произошло с Норвудом. Но сколько было случаев, когда нагло присваивали то, чего я добивалась с огромным трудом! «Фрейя, дорогая, конечно же, Андерс твой клиент, мы все понимаем, что без твоей великолепной убедительности он не согласился бы на интервью. Но пойми и ты, ведь материал пойдет в рубрику Лиззи! У нас контракт, это ее тема». Или, еще хлеще: «Фрейя, дорогая, мы всегда платили тебе двадцать процентов с той рекламы, которую приносила ты, но в этот раз пришлось отстегнуть половину Фулману, иначе он не соглашался…» До сих пор не знаю, на что именно не соглашался владелец паршивой газетенки, для которой я тогда писала — не стала слушать, просто ушла. Хлопнула дверью. И ни разу не пожалела. Но и потом, даже в гораздо более солидных и респектабельных изданиях, с такими ситуациями сталкивалась не раз. Любители присвоить чужой труд встречаются везде, и роскошный кабинет — вовсе не гарантия честности того, кто в нем сидит. Чаще даже наоборот.
— Ты нервничаешь, — отстраненно сказала Шарлотта. — Это хорошо. Живые должны проявлять эмоции. — И добавила внезапно: — Встреча с Сабеллой Норвуд была одной из сотен вероятностей. Ты оказалась в нужном месте в нужное время. Теперь может стать проще, а может — сложнее.
«Откуда ты знаешь про Сабеллу, тебя же там не было?»
— Я говорила. Теперь мне ведомо многое. А еще — я слышу твои мысли.
«С этого и надо было начинать», — я едва не фыркнула в голос. Так бы и сказала сразу: вижу твое отражение в кофейнике.
— В кофейнике?
Да она не просто слышит мои мысли, она их самым наглым образом подслушивает!
«Это из книги. Об одном великом сыщике, которому тоже было ведомо многое, благодаря его наблюдательности и умению мыслить логически. Наверное, ее нет в вашем мире. Или Шарлотта не читала. А если тебе ведомо многое, скажи лучше, почему Норвуд не может уйти из Академии? Что там за контракт такой, рабский, что ли? Любой контракт можно разорвать, если работа поперек горла!»
— Это не моя тайна, и твоей она пока не стала, но все может измениться. Подожди.
«Чего ждать? — тут меня осенила еще одна мысль, и я спросила: — А почему мне нужно бояться разоблачения Маскелайн, но оказалось можно рассказать все Сабелле? Может, и профессор имеет право узнать? Его, в конце концов, напрямую касается!»
— Мне неведомо будущее. Никому неведомо. Но видны вероятности. Сабелла Норвуд — самая удачная вероятность. Директор Маскелайн — самая неудачная. Дугал Норвуд, — Шарлотта замолчала, будто прямо сейчас вглядывалась в эти свои невероятные вероятности. — Сложно. Эта правда может обернуться беспроигрышным шансом, а может — гибелью для вас двоих. Решать тебе.