Алёна Кручко – Полуночные тени (СИ) (страница 61)

— А любопытство?

— Любопытство тоже.

— Нет, — я покачала головой. — Честно, нет. Какая любовь, ты что! Но как мы с Рольфом его вели, век не забуду! Знаешь, сколько страху натерпелась?

Я отняла у Колина свою руку, и мы пошли дальше. Вот ведь придумал — влюбилась!

— Просто дурочкой себя чувствую, — призналась я. — Ты вон сразу понял: что-то с ним не так. А мне для этого Гарник понадобился. Вот вспоминаю: вроде мелькали тогда мысли… не подозрения, но… а, — я махнула рукой, — сам понимаешь, что за мысли дурацкие, раз даже толком их словами объяснить не могу! Вот уж точно, курица слепая!

— Да зачем оно тебе, Сьюз? Твое дело девичье…

— Колин, — тихо сказала я, — ты меня совсем за клушу-то не держи. Я все-таки лекарка, мало ли кому помогать придется. Мне стыдно настолько в людях не разбираться.

А сама подумала вдруг: хорошо, ни Колин, ни кто другой в деревне не знает про амулет. То-то было б разговоров: от бродяги перехожего подарок приняла! Да не простой, а с невесть какими чарами! Бабушке рассказала, как иначе, но больше — никому. Еще, конечно, Эннис знает, но городскому магу об меня язык чесать незачем.

Колин, помолчав, кивнул:

— Может, ты и права. Нож, говоришь? За его нож, Сьюз, всю нашу деревню купить можно, с землей, скотом и всем хозяйством.

— Уж будто? — хмыкнула я.

— А то! Линнская сталь, азельдорская работа. У его милости Анегарда оружие похуже будет.

— Выходит, он из благородных?

— Навряд ли, — покачал головой Колин. — Как ты это себе представляешь, благородному господину нищего бродягу изображать? Обноски напялить ради королевской службы, чтоб, допустим, мятежника изобличить или планы врага разведать, — то еще полбеды. Но перед деревенскими лебезить? Руки себе вязать позволить?

Я представила, как выглядел бы обрядившийся в тряпье Анегард — и особенно, как бы он ответил на попытку парня вроде Рольфа допросить его, связать и отволочь на суд к барону! — и согласилась с Колином.

— Нет, Сьюз, он, видать, из наемников, да не последнего разбору — тех, что за службу золотом берут. Или шпион чей-то. Хотя, одно другому не мешает.

— Дерется здорово, — припомнила я. — Даже со связанными руками. Рэнси в нос дал…

— Рэнси? — оторопел Колин. — В нос?!

— Ногой, — я вздрогнула, вспомнив. — И в лес как сиганет… Если б не моим пояском связали… у него ведь еще и в сапогах ножи были.

— В сапогах?! Точно, наемник, — совсем уж уверенно кивнул трактирщик. — А я лопух, не догадался! Не-ет, Сьюз, у эдакого волка на дороге я бы стать не хотел.

— Вот и его милость Анегард сказал, повезло. Не про вас, мол, добыча…

Какое-то время мы шли молча.

— А нож с виду простой такой, — вздохнула я. — Вот пытаюсь вспомнить, и… ну обычный же!

— На то и расчет, — хмыкнул Колин.

— А как же ты узнал?

Колин подмигнул:

— Трактир держать — занятие хитрое, глаза на гостей требует верного. Да и не всегда я трактирщиком был…

— Бабушка, — спросила я вечером, покончив с рассказом о походе в замок, — а кем Колин раньше был? Ну, не всегда ж он трактир держал?

— Воевал вроде… Сьюз, как думаешь, одеяла брать?

— Да зачем тебе там свои одеяла? Нет, конечно, если Гарник на подводе приедет, так можно хоть одеяла, хоть матрасы, но… Ой, ба, ну что нас там, спать по-людски не уложат?! А где воевал? С бароном вместе или в наемниках?