Алиса Рудницкая – Сталь и шелк. Акт третий (страница 20)

Складно так рассказывал, что я сама поверить была готова – даже в ту фантастическую вещь, что хобби это принесло и принесет еще мне денег куда больше, чем основная работа. С которой я уже уволилась, да –  но это, якобы, и к лучшему, и вообще Билли клянется обо мне позаботится.

Он сидел и рассказывал, а я думала  – какой же все-таки Хоук милый, всю ложь на себя взял. Я только поддакивала, а когда надоело слушать его гипнотическую болтовню – ушла на кухню. От мамы приличного обеда все равно не дождешься, так что пришлось самой засучить рукава и вспомнить свои скромные навыки в готовке. Хорошо, что хоть продукты были. Мясо, сыр, помидоры, чеснок – все это можно было запечь в духовке.

Петя решил побыть со мной.

– Какой-то он у тебя больно крутой, – отметил братец, уваливая свой зад на стол. Я впервые подумала, что эта привычка, оказывается, у нас семейная.

– Ну извините, какой есть, – Петьку хотелась обнять, волосы ему взъерошить, но как-то по странному неловко я чувствовала себя дома. Думала приду и... и... черт его знает, что, но вот расслабиться все не получалось. Видеть родных было  радостно так, что сердце сжималось, но показать это – словами и жестами – я почему-то не могла.

– Тебя в сети уже больше месяца не было. И мама говорила, что ты какая-то странная по телефону... И денег за последнее время наслала столько, что она даже решила не просто их отложить, а купить новую стиралку... и ноут мне. Спасибо, типа как, – Петя смущенно дернул плечами. Но я обратила внимание на другое.

– В смысле “не просто отложить”? А что, раньше она только откладывала?

Петя глянул на меня чуть испугано, будто бы понял, что сказал то, что говорить не должен был. И до меня запоздало дошло, что это мой своевольный кулон из блэртелита действует. Совсем забыла... и ведь отключить без магии не могу.

– Ну вроде как... – понизил голову Петька, – мама думает, что ты сама фиг копить будешь, ты ведь вечно все, что имеешь, то сразу и тратишь. Ну и она вроде как помогает, типа надежной такой копилки. Мама же на своих книжках электронных нормально зарабатывает...

– На каких еще книжках? – ошарашено шлепнулась на стул я.

– На женских таких, – скривился Петя. – Про любовь. С магами и драконами. И это... – он покраснел, – эротику, вроде как. Но это она от нас скрывает, ясен пень.

– О боже, черт, – я определенно была в шоке. – Мой мир больше не будет прежним. Моя мать целыми днями пишет эротические книжки... с ума сойти.

Губы так и растянулись в улыбке.

– Ты не говори ей, что я тебе сказал! – умоляюще пробормотал Петя, и я все-таки не выдержала – обняла его так, что кости затрещали.

– Сдурела? – парень сразу забрыкался, и я со смехом его отпустила.

– Ладно, ладно... Не скажу, конечно. Иди уже, позови всех к столу.

Расставляя тарелки, я думала о том, какая я все-таки становлюсь слепая, когда считаю себя воплощением благородства, этаким ангелом-хранителем для убогих. Даже на маму родную смотреть свысока предпочитала, считая ее неспособной самой заработать хоть что-то. А мама, та еще гордячка, стыдилась дочери признаться в таком компрометирующим ее светлый высоконравственный облик хобби – даже приносящем деньги. Стыдилась, что не простила , не утешила меня, когда было нужно, а сейчас – поздно. Сейчас я тоже якобы слишком горда и самостоятельна, и проще делать вид, что мы чужие, связанные лишь семейным долгом люди, чем признать свои ошибки.

Понимание этого внезапно принесло такое облегчение.

Глава 5. Яна (3)

***

Хоук ел мою еду с аппетитом, но и с опаской – будто бы думал, что я ему какой особый ингредиент с подвохом в мясо добавила. Я, увы, не сообразила, но, чтобы человека не разочаровывать, кидала все на него многозначительные, предвкушающие взгляды – пусть боится.

Мама на наши переглядывания смотрела с умилением и это напрягало. Слишком быстро изменилось ее отношение к Хоуку – от подозрительности к высшей степени благосклонности.  Хотя за такое вкусное вино, что он притащил, любую сомнительную биографию простить можно.

Но если мама гнев на милость и сменила, то Сашка так просто поддаваться обаянию Билла не собирался и все пытался меня дискредитировать, чтобы  ухажера отвадить.