Алиса Рудницкая – Развестись и попасть - это я умею. Путь львицы (страница 78)

– Да, – не стал спорить Истар. – Но это было не чем-то необычным. В тех краях, где меня нашли, люди жили в довольно суровых условиях. Наверное, моя мать просто поняла, что не сможет прокормить меня, и в сердцах спустила в колодец. Не спорю, что она была тем еще чудовищем, но так или иначе, я выжил.

– А что было дальше? – спросила я.

– Я переходил какое-то время из рук в руки, – кивнул Истар. – Но нигде для меня не находилось места. В конце концов, я оказался на улице. Жил какое-то время с бродягами, карманниками, мошенниками, А потом натворил дел, оскорбив одного важного господина. Тот не простил меня, несмотря на то, что мне было, может, лет десять, если не меньше. Выгнал из города, и я долго скитался. Сначала ходил вокруг городских стен, а потом пошел по дороге, увидев стрелку-указатель. Просто шел, пока не упал от усталости и голода.

Он перевел дух и кивнул.

– В моей жизни мне повезло всего три раза, – сказал Истар. – И тогда случился первый. Мимо проезжала телега с монахинями. Они забросили меня к себе, напоили и накормили. А потом пристроили в приют при храме. Там я получил образование и, благодаря этому, вырос хотя бы, более или менее, приличным человеком.

– Ясно, – удивилась я. – А как ты на территории клана Тиар’Эльна оказался?

– Мы как раз к этому подходим, – кивнул Истар. – В общем, так или иначе, я не хотел быть монахом. Не подходило это моему темпераменту. Так что я уцепился за одного наемника. Он был паскудным человеком, но зато я научился у него владеть мечом. А потом, когда меня допекло его ко мне отношение, я ушел и отправился в свободное плавание. И добрался таким образом до самой границы между людскими землями и эльфийскими.

Он сжал мои руки с легкой, виноватой улыбкой.

– Я не хотел быть охотником за головами, но ничего не умел, кроме как фехтовать. Услышав, что в этих краях много аристократов и часто нужны наемные дуэлянты, я подумал… ну а почему нет? Пару раз огреб, потом пошпионил за местными рыцарями, научился нескольким приемам, начал побеждать и получать хорошие деньги. Казалось, жизнь налаживается. Пока мне не заказали победить в драке одного аристократа…

Истар все же забрал руки у меня и поморщился. Отвернулся в сторону.

– Только потом я узнал, что этот аристократ был вампиром, – сказал он. – Если он выигрывал дуэль, то всегда убивал своих оппонентов. Потому с ним другие аристократы никогда сами не дрались. По сути, меня ему просто-напросто скормили…

– Ух, – вскинула брови я. – Но погоди. Как тогда ты стал вампиром?

– Ему просто понравилось, как я сражался, – глухо сказал Истар. – Вот он и укусил меня. Оставил при себе, чтобы периодически со мной драться. Плохо кормил, плохо обращался, заставлял делать мерзкие вещи. Я его ненавидел. Это отвратительно, когда тебя держат дома только для развлечения! Просто как зверушку какую-то.

Он тяжело вздохнул.

– Ну… так или иначе, он сказал, что как только я одержу над ним верх, он меня отпустит, – сказал Истар.

– И ты победил? – заинтересовалась я.

– Да, – улыбнулся Истар. – И это было второе мое самое большое в жизни везение. Я не уверен, что победил его до конца честно. Но я был так зол на него, так ненавидел, что просто-напросто убил. Это была единственная жизнь, которую я отнял. Да еще и имею наглость не жалеть о том, что сделал.

– А сестра у тебя откуда взялась? – спросила я озадаченно.

– Она мне не родная, – покачал головой Истар. – Вампиры считаются сестрами и братьями, если их обратил один и тот же крестный. И у моего мучителя была еще одна дочь, моя сестра. Он держал ее в доме в качестве прислуги. Она была…

Он осекся и опустил глаза.

– Вы с ней очень похожи внешне, – смущенно признался он. – Если бы не наши видовые особенности, я бы сказал, что был в нее влюблен.

– Видовые особенности? – переспросила я.

– Хотя мы и не кровные родственники, двум вампирам… как бы сказать, неприятно быть вместе, – пояснил неловко Истар. – Как бы ты не любил личность, а когда дело дойдет до тела, ты просто не почувствуешь биения крови под кожей и быстро отскочишь. Вампиры прокляты тем, что не могут быть вместе, как ни старайся.