Алиса Рудницкая – Развестись и попасть - это я умею. Путь львицы (страница 16)

– По первой-то я не страдала, – постаралась искренне улыбнуться я. – Все было хорошо. Это потом поняла, что я нахожусь не на своем месте и относятся ко мне как к пустому месту. Используют, да еще и завышенные требования предъявляют. Это… неприятно, пожалуй.

– Все хорошо, – заметив, видно, что я расстроилась, Сэй коснулась второй моей руки. – Мы тебя тут в обиду не дадим. Даже… гм… даже если ты никого себе больше не заведешь – это не конец света, милая. В земные недра к червям всех этих мужиков, особенно иностранцев! Пускай только заявится сюда хоть один. Вон, Лив ему огурец божий на шпагу насадит, чтобы не встал никогда!

Я прыснула от смеха и девчонки доброжелательно сжали мои руки с обеих сторон. Стало немного стыдно за ложь. Я ощутила себя воровкой, похитившей счастье иметь двух таких добрых подруг милой Аэлрии.

“Они совсем не такие, как эльфы из книг, – подумала я. – Совсем не надменные и не холодные. Так здорово!”

Однако понежится в таком положении мне не дали. Неожиданно в сад почти вбежала одна из девочек-фрейлин. На ней было не платье, а шорты-фонарики, белые гольфики на подвязках и белая блузка с кружавчиками. На поясе, хлестая ее по ногам, висела шпага.

Я сразу узнала её – та самая с хвостиками, вечно кружащаяся вокруг меня, как щенок, решивший, что нашёл хозяйку. Улыбнулась.

Надо бы уже спросить, как её зовут. Кажется, я ей действительно нравлюсь. Ну, по-своему.

– Госпожа Аэлрия! – воскликнула она, сияя красными от быстрого бега щеками. – Госпожа! Беда!

Я приподняла бровь, неспешно отставив чашку с чаем на стол. Беда – это плохо. Я тут всего сутки, ничерта еще не понимаю, мне только местные беды решать. Однако взяла меня какая-то доселе незнакомая гордость. Не хотела я перед малышкой показаться некомпетентной. Потому, не сдержав порыва, потянулась к ней, убрала выбившиеся прядки волосы за уши и спросила поувереннее:

– Что стряслось?

– Мы… Мы с девочками… мы поймали странного мужчину! – со смущением и одновременно с тем с гордостью запищала эта стрекоза. – Не из наших, не эльфа, представляете! Он пытался пробраться через южную ограду сада! Прятался в кустах, как шпион! Мы передали его стражникам, как положено. Но вашей матушки нет – она уехала ко двору…

– И ты подумала, что раз дома осталась только я, то и мне решать, что делать? – я улыбнулась, чувствуя как самооценка растет как на дрожжах от такого милого детского доверия.

Девочка гордо, уверенно кивнула.

– Именно так, госпожа! Вы ведь сходите, да? Или попросить подождать стражу пока вы чай пить закончите?

Я посмотрела на подруг, надеясь, что они увяжутся за мной.

Сэй и Лив переглянулись.

– Ну, – сказала Сэй, поправляя манжету, – можно и прогуляться.

– Это может быть весело, – подхватила Лив с лёгкой усмешкой. – Мне так любопытно, что это за мужчина такой. Вечно к тебе, Аэ, каких-то странных мужчин тянет! Ух, интересненько. Мы же пойдем? пойдём?

– А почему бы и “да”, – я поднялась со своего места и подставила маленькой фрейлине локоток. – Веди меня, милая. Мне тоже теперь любопытно.

“Просто сделаю вид, что сомневаюсь в том, что делать, – решила я. – Спрошу у Сэй совета как у старшей и более опытной. Думаю то, что она мне подскажет, и сделаю. Она довольно ответственная, точно не скажет какую-нибудь чушь несусветную”.

Глава 5. Трофей юных хищниц

Итак, мы покинули Сад Женского Покоя и двинулись к казармам.

Во дворе у казарм было всё так, как я и представляла себе армейский порядок в эльфийской версии. Камень под ногами – идеально чистый, выложенный замысловатым узором из серого и светло-зелёного гранита. Стриженые изгороди по краям. В воздухе пахло лавандой и пылью. На одном из балкончиков сушились алые плащи патруля, а в тенистом закутке кто-то тренировал боевые выпады шпагой на манекене.

Стражники, дежурившие у входа во двор перед казармами, были высокими, гибкими, с одинаково строгими лицами и блестящими кирасами. Их движения были сдержанны, почти бесшумны – эльфийская выучка. Один из них при моём приближении молча кивнул, и они с напарником распахнули перед нами ворота.

На дворе было жарче, чем ожидалось – утреннее солнце уже поднималось над кронами деревьев, и двор заливал золотой свет.