Алиса Рудницкая – Попаданец для драконши (страница 77)

— Думаю, что это очень достойный поступок, — похвалила меня лисица. — Вы выросли в моих глазах, ваше величество.

— Тогда я постараюсь как никто победить и стать вашим щитом, мой принц! — обрадовалась рысь, и тоже протянула мне шкатулку. — Вот, примите это в знак моей решимости. Я не думала, что у меня хватит духа вам его подарить… но вы так меня вдохновили!..

Я внутренне закатил глаза. Кажется, я утону в этих злосчастных брошах скоро! Нет, им нужно срочно придумать какое-нибудь применение! К моему негодованию брошь оказалась из тех, что мне определенно не нравились — слишком дорогая. Да я боялся такие штуки даже в руках держать! Мне все казалось, что если я с такой выйду из комнаты — меня тут же ограбят да еще и побьют. Хотя, несмотря на дороговизну подарок рыжухи был безумно красив! Тонкой работы рысья голова, на которой, казалось, каждый волосок было видно, смотрела на меня двумя крупными глазами-изумрудами.

— Птичье серебро, — присвистнула Лука. — Ну ничего себе роскошь!

— Птичье серебро? — удивился я.

— Да, его делают из скорлупы редкой разновидности птиц, — пояснила лисица. — Они селятся в жерлах потухших вулканов и клюют породу, которая богата серебром. Конечно это не чистое серебро, а с букетом примесей… но сами видите — красиво. И очень дорого. Где ты его взяла?

— Оно принадлежало прадеду королевы, — улыбнулась Камилла. — И хранилось у нас как фамильная ценность. Мама хотела продать ее… но я не позволила. Все надеялась на что-то… не знаю даже на что. И вот теперь она ваша. Нравится?

— Да, весьма, — натянул я на себя улыбку и передал уже вторую шкатулку Луке. — Спасибо, я буду хранить ее.

— Сон Розалинд, простите что вмешиваюсь в ваш разговор, — вдруг раздался вкрадчивый знакомый голос. — Но я приметила, что сона Олли дарит вам брошь, и решила тоже подойти и предложить свою.

— Рад тебя видеть, Кая, — повернув голову, я встретился с серьезным взглядом сипухи.

Она была одета в легкое, многослойное платье со шлейфами, идущими от юбки к запястьям — летящее, нежно-голубое как одежды льняников. На плечи сипуха накинула белую, вышитую синими птичками пелерину. Ее серьезное лицо со светло-голубыми глазами чем-то напоминало ее птицу-символ, да и волосы у Каи по цвету напоминали перья сипухи — желтоватые, кое-где и белые, будто она поседела раньше времени.

— Я тоже рада вас видеть в добром здравии, сон, — кивнула она почтительно.

— Ну… — протянула Лука. — Кая сона Иллитрина из клана рыцарей-магов сипух. Герой войны, многократная победительница турниров под оджу и в общем одна из лучших в своем клане.

— Да, мы знакомы, — кивнул я. — Итак… уже третья побрякушка за сегодня. Я с радостью приму ее. И спасибо тебе за все, я так и не успел тебя поблагодарить в прошлый раз. Если бы не ты — не сидеть бы мне здесь сейчас.

— Это была моя обязанность как рыцаря — помочь вам в трудную минуту, — ответила сипуха, а потом протянула мне не шкатулку, а небольшой мешочек из плотной белой ткани. — Конечно, моя поделка с птичьим серебром не сравниться ни выделкой, ни ценой. Но я сделала его для вас сама, своими руками.

Меня это заинтриговало и я поспешил развязать мешочек. Достал брошь и улыбнулся. Что ж… на меня ожидаемо смотрела черными семенами глаз расправившая крылья сипуха. Кость. Настоящее костяное украшение — лаконичное до минимализма — вроде простое, но такое аккуратное.

— Глаза из семян отиорна, сама брошь — медвежья кость, — пояснила Кая. — Надеюсь, вы примите этот скромный подарок?

— Еще бы! — восхитился я. — У тебя потрясающе получилось. А медведя ты случайно не сама убила?

— Я режу только по тем костям, что сама добуду, — удивила меня девушка. — Охота — это второе мое хобби после резьбы по кости.

— Рыцарям некогда заниматься подобным — поморщилась рысь. — Если у тебя есть время на всякую ерунду — лучше разучи пару новых приемов.

— Что ж, каждому свое, — снисходительно кивнула сипуха. — Конечно, многие могут сказать, что только посвятив себя одному делу можно стать профессионалом. И они будут отчасти правы. Однако я всегда радела за разнообразие. В обществе фанатики ценятся куда меньше, чем люди разносторонние. К тому же занимаясь охотой я оттачиваю свои боевые навыки, а когда режу по кости — привожу свой разум в порядок.