Алиса Рудницкая – Попаданец для драконши (страница 76)
— Смотри, идет твоя зазноба рыжая. Давай, парень, держись. Я на тебя рассчитываю.
Я заметил в толпе приближающуюся ко мне рыську и внутренне сжался. Было стыдно перед ней… ужасно стыдно. Ну не чувствовал я к рыжухе ничего, хоть ты тресни, как бы в себе не копался. Конечно, если бы того требовал этикет — я бы женился на ней… куда деваться, понимаю что сам дурак, поступил как самый что ни на есть последний кролик. Лука уговаривала меня дать ей отворот поворот… но на это еще нужно было решиться.
Лука вообще много на что меня вчера, на совете, уговорила. Перво-наперво маскарад решил, что о похищение королевы мы умолчим. На смотринах скажем, что ее величество срочно улетела к льняникам для заключения договора на покупку новых кораблей, на самом же турнире ее под иллюзией будет изображать глава сов Фета. А вот мне, не смотря на все усиливающееся нытье спины присутствовать придется везде — и на смотринах, и на турнире. В конце-то концов именно ради меня это все и затевалось. Однако это не значило, что королеву бросили искать. Искали, и еще как… просто меня это не касалось. Да и помочь я ничем не мог.
А ведь хотел бы. Хотел бы помочь. За Ласлу я переживал искренне, вплоть до бессонницы, от которой не спас даже волшебный отвар змей. На меня вообще перестало все, кажется, действовать — и снотворное, и обезболивающее… неприятная тенденция.
— Камилла сона Олли, единственный член клана снежных рысей, — представила мне подошедшую, смущенную рыжуху, Лука, хотя в этом и не было необходимости.
Рысь оделась в красивое темно-оранжевое, почти коричневое платье с пышной юбкой. Оно выделялось на общем фоне своей внушительностью, было закрытым от и до и пестрило шитьем на груди, рукавах и подоле. Было видно, что этому наряду не один десяток лет. Маску Камилла тоже где-то добыла — судя по цвету отлили ее из бронзы.
— Добрый день, сон Розалинд, — рыжуха присела в старомодном книксене. — Рада видеть вас.
— Я тоже рад тебя видеть, — вздохнул я. — И нам, кажется, стоит поговорить? Может, выйдем на минутку? Лука, прикроешь мое отсутствие?
— Нет-нет, подождите, — закусила губу рысь. — Я все и без слов понимаю. Понимаю и не собираюсь ничего от вас требовать. Свет… мне в последнее время кажется, что что бы я не делала — все выходит у меня из рук вон плохо и оборачивается против меня. Сначала та сцена в порту, теперь это… простите меня, если можете. Надеюсь, это не отразится на моем участии в турнире?
— Не отразиться, — удивился я. — Но тебе не за что извиняться. Виноват ведь я…
— Что вы, нет, — замотала она головой. — Вы же меня не заставляли…
— Надеюсь, ты понимаешь, что у вас ничего не получится, детка? — сладко спросила лиса. — Любовница — пожалуйста… но ничего более.
— Да, разумеется, — поникла рысь, и я ощутил на собственной шкуре ее разочарование.
— Постой, — я тяжело вздохнул.
Ну в конце-то концов… мужчина я и или кто? Соблазнил девчонку, а теперь в кусты? Я ведь таких парней сам ненавидел и считал, что они поступают подло. И что в итоге? Нет, так решительно нельзя.
— Послушай, Камилла, — позвал я удивленно уставившуюся на меня девушку. — Мы с тобой начали не с того. Напутали с очередностью. Мы ведь даже не говорили ни разу толком, не проводили время вместе. Я ничего не знаю о тебе а ты — обо мне. Потому я предлагаю вот что. Давай забудем об этом недоразумении и начнем… ну, например дружить? Дружить для большей надежности в присутствии Альти, моей служанки, чтобы ты не опасалась за свою женскую честь. И когда пройдет немного времени — решим, нравимся мы друг другу или нет. А до того момента, как мы с этим определимся — обещаю, что я не заведу себе никакой другой девушки. Что скажешь?
— Вы… такой замечательный, — потупившись и смутившись, пробормотала рысь. — Я на такое и надеяться не могла. Но… если я вдруг проиграю…
— Ты ведь все равно останешься в рыцарском корпусе, — пожал я плечами. — Двери моей комнаты всегда для тебя открыты. И город я хотел осмотреть. Ты ведь тоже его не видела, так почему бы не прогуляться вместе? Лишнего рыцаря со мной рядом Ласла, я так думаю, только одобрит. Что думаешь, Лука?