Алеса Ривер – Цена одержимости (страница 6)
Сидя в церкви, девушка понимала, что нужно им позвонить. Все же она их дочь, и это она их расстроила отменой свадьбы и кардинальной сменой своей жизни. Но что шло не так, когда она возвращалась домой? Почему она напрочь забывала об этом, стоило Ретту сказать хоть слово?
– Я рада, что ты послушалась моего совета полгода назад. – Рядом с Оливией села миссис Вольтер.
Оливия сразу поняла, что эта женщина была из индейского народа. Эта женщина внушала доверие своим пронзительным взглядом добрых карих глаз. Ее глаза будто видят больше, чем лежит на поверхности. В их глубине таится спокойствие человека, который знает цену словам и поступкам. Когда‑то её чёрные волосы ниспадали до пояса густой волной, но теперь они собраны в аккуратный пучок на затылке, перехваченный простой кожаной лентой. В тёмных прядях серебрится седина – не признак увядания, а словно отблеск лунного света, накопленного за долгие годы. Она носила простую одежду из натуральной ткани – длинную юбку и блузу приглушённых землистых тонов, украшенную скромной вышивкой по вороту. На плечах – лёгкая шерстяная накидка, повязанная так, как носили её предки. На шее – нитка бус из полудрагоценных камней и резной деревянный оберег.
– Я помню Вас, спасибо. – Улыбнулась она женщине, что когда-то назвала ей адрес более уединенной церквушки подальше от их пригорода. – В этом районе и правда церковь намного приятнее. И хвойный воздух идет мне на пользу.
– Тогда, что тебя гложет, дочка?
– Если бы я знала, – вздохнула девушка. – Когда я дома, у меня лишь иногда просыпается необъяснимая тревога. Меня может успокоить только мой муж. Когда я приезжаю сюда, мне здесь спокойно и хорошо, но вся моя жизнь мне кажется бессмысленной! – Девушка расплакалась неожиданно для себя и закрыла руками лицо.
– Пойдем прогуляемся, девочка. – С недюжинной силой, на удивление девушки, старушка схватила ее за локоток и потянула к выходу из церкви.
Они познакомились полгода назад, когда Оливия была прихожанкой церкви в собственном пригороде, недалеко от дома. Возможно, заметив ее грусть, старушка представилось миссис Вольтер и рассказала о скромной церквушке вдалеке от суеты городской и пригородной жизни. Женщина лет шестидесяти неизменно в красивых платьях, элегантной шляпке и добрыми зелеными глазами, вызывала у девушки приятные чувства. Это было материнское тепло и словно искренняя забота о ней, незнакомой девчонке. На улице старушка не отпустила ее руки и все тянула за собой ближе к лесу.
– Куда мы идем? – Оливия даже не испугалась, почему-то доверяя этой женщине.
– Скажи мне, ты видела у себя дома этот знак? – Старушка взяла палку и на проселочной тропке нарисовала знакомый девушке символ.
– Под кроватью, прежние жильцы нарисовали на полу. Но Ретт сказал, что обязательно его ототрет. – Сказала девушка и вдруг задумалась, – Только почему-то уже два года никак не ототрет. Почему я об этом не вспоминала дома?
– На тебе сильная черная ворожба, девочка. – Нахмурилась миссис Вольтер, отпустив руку девушки. – Твой муж наложил. Может сам, а может помог кто.
– Да что Вы такое говорите? Мой муж… – Оливия споткнулась на полуслове задумавшись обо всем, что ее тревожило вне дома. А если вспомнить дни, когда они не виделись сутки? С ней всегда начинало происходить что-то странное. Девушка прижала в ужасе ладонь к губам и прошептала, – Но ведь так не бывает.
– Бывает, дочка. Еще как. Твой внутренний свет все гаснет. Я вижу это. Черная магия всегда берет свое. Цена одержимости может быть очень высока. Твоему мужу небось невдомек, что и ты можешь поплатиться, коли у него сил не хватит.
– Что же мне делать?
– Когда приедешь домой, сотри этот знак в спальне, – указала старушка палкой на символ на земле. – Так тебе будет легче думать. Сознание будет меньше путаться. Если решишься, то приезжай на Гроув-стрит 44, 2 подъезд, 4 этаж. Там тебя будет ждать мой внук. Ты его грозного вида не пугайся, он у меня байкер. Зато душа у мальчика светлая.
– Но что я буду дальше делать?
– Это решать тебе. Я стара слишком, чтобы воевать с колдунами и черными ведьмами. Я свое дело сделала. Хочешь жить, приезжай поможем, а коли не решишься, погибнешь, да и дело с концом.