<iframe src="https://www.googletagmanager.com/ns.html?id=GTM-59P8RVDW" height="0" width="0" style="display: none; visibility: hidden"></iframe>

Александр Петридис – Могильник империи (страница 10)

18

«Это агония, а не стратегия! Так поступают загнанные в угол звери.» – ужаснулся Аристарх, убрав руку с императорского плеча.

Вспомнился отец императора, который в последние дни Гражданской войны приказал казнить каждого десятого в мятежных деревнях. Каждое дерево в те времена было увешано трупами, словно яблоня своими плодами.

Император ждал кивка, но советник замер. В глазах государя виднелась то ли решимость, то ли безумие.

«Если промолчу, буду соучастником. Воспротивлюсь…» – первый консул вспомнил, как начался Килоссийский мятеж. После указа поднять торговые пошлины советник по финансам сказал, что это может иметь крайне тяжелые последствия, а через неделю на его месте уже был другой человек…

– Государь, если отравить колодцы, то погибнут тысячи…

– Это замедлит врага, – твердо ответил Дмитрий, встав из-за стола и подойдя к окну. – Вы сами говорили, что снег – наша единственная надежда. Под Килосом так и было, пролегавший рядом Танаис снабжал его войско питьевой водой. Здесь же ему придется полагаться только на свои обозы, которые будут делать большой крюк из-за разрушения мостов.

– Люди могут взбунтоваться…

– Все, кто находятся за стенами столицы сейчас не имеют значения. Так или иначе – они погибнут. Или от армии кагана, или от чего-то другого. Нам необходимо удержать Сомнию и мы удержим еще. За тысячи лет этот город еще ни разу не был взят, и я не войду в историю императором, который его сдал.

– Приказ будет выполнен, Ваше Величество, – сказал Аристарх, встав из-за стола.

ГЛАВА 6

Солдаты республики бросили связанного баронета на каменный пол. Антон, почти задыхаясь под мешком, почувствовал нотки ладана, табачного дыма и… Пряного вина?

– Это лишнее, ребята, развяжите его, снимите мешок, – прохрипел неизвестный.

Антона за шиворот подняли с земли и сдернули с головы мешок. В глаза ударил свет от стоявшей на столе лампы. Когда глаза немного обвыклись, парень разглядел сидящего перед собой республиканского офицера – того самого, что приказал взять его живым.

– Прошу простить моих людей, солдаты не особо разбираются в гостеприимстве, – сказал офицер, указав рукой на свободный стул.

– Где я нахожусь? – с опаской спросил Антон, мельком оглядевшись в комнате. – На моем хуторе таких хором не было.

– Садись, Антон, поешь. Навряд ли ты нормально питался в имперской ссылке.

– Откуда ты знаешь мое имя? – удивился баронет, посмотрев на офицера. Сломанный нос, каштановые волосы, шрам у левого уголка рта – его черты лица не были знакомыми.

Офицер пододвинул к Антону тарелку с супом и налил в бокал вина, после чего забил трубку и закурил.

– Не удивительно, что ты меня не знаешь. Мы с твоим отцом познакомились задолго до твоего рождения, – сказал он, выдохнув табачный дым. – Константин Софийский. В прочем, наверное тебе будет понятнее, если я скажу командующий первой республиканской армии. Мы с твоим отцом дружили долгие годы…

– Мой отец не мог дружить с предателем. Он бился с вами под стенами Краноса! – крикнул парень, отпрянув от супа.

– Ага, а еще он оставил мне маленький шрамик на лице рукояткой пистоля и дал бежать, хотя вполне мог прострелить голову, – усмехнулся Константин. – Ты бы все-таки поел. Если бы тебя хотели убить, то не посадили бы в повозку и не приволокли сюда, а сразу бы застрелили на том поле.

Антон с опаской проглотил одну ложку бульона. Поняв, что пища не отравлена, он с невиданной жадностью надорвал батон хлеба и, забыв о всяких приличиях, начал есть.

– Зачем я вам нужен? – спросил баронет, поперхнувшись хлебом.

– Ой, ну это не простой вопрос, – ответил офицер, обратив свой взор куда-то в потолок. – Вернуть долг твоему отцу, получить лояльного, обученного военному делу офицера, выяснить, можешь ли ты быть нам полезен во взятии Килоса…

– За трапезу, конечно, спасибо, но помогать вам биться против своих я не стану. Хоть пытайте, хоть грозитесь казнить – не стану, – сказал парень, залпом осушив бокал вина и откинувшись на спинку стула.

– А давно ли Каганат для тебя «свои»? – спросил Константин, посмотрев на парня. – Или ты не знаешь? В прочем, навряд ли в имперской ссылке…