Александр Герда – Черный Маг Императора 22 (страница 3)
Думаю, повод просто отличный! Тем более, что Александр Григорьевич сам велел мне заняться этим на досуге и угостить его. Заодно и проверю, насколько удобно готовить в моей новой кухне, которую соорудила для меня Берлога.
Рецепт назывался «Экстра-суп второго дыхания». Судя по его описанию, он должен был придавать заметный заряд бодрости, который должен был действовать на протяжении нескольких часов.
Как всегда, с рецептами из кулинарной книги Черткова, время работы различных блюд указывалось достаточно приблизительно и никогда нельзя было точно знать, сколько они будут работать.
Однако я рассудил так, что сколько бы не действовал эффект от супа, взбодриться этим пятничным вечером мне не помешает. Завтра же у нас занятие с наставником, и если это вновь будет тренировка в некрослое, то буду свежим и бодрым, как огурец.
Кроме того, новые некросимволы на ночь подучу, за которые я пока еще даже не садился. Я думаю, про портальную магию завтра речи точно идти не будет. Он дал мне месяц, а неделя — это еще слишком рано, чтобы меня о чем-то спрашивать. Да и книги Люфик мне только сегодня доделал, лентяюга-матерщинник…
В общем, никаких преград, чтобы не заняться в этот вечер готовкой, я не видел. Даже случайные побочные явления у этого супа были очень слабыми. Настораживало меня только одно из них, со странным названием «возможна непродолжительная односторонняя гравитация»…
Я понятия не имел, что это может значить, но был уверен, что у меня не может быть такой дурацкой штуки, поэтому взялся за дело. Перво-наперво проверил наличие посуды, зажег огонь и поставил на него медный котел, в который налил воды из местного родника. Вообще-то, в рецепте речь шла о «кристально чистой водице», но я думаю, моя будет не хуже, а может быть, даже лучше.
Дождавшись нужного момента, я опустил в закипевшую воду части зевокуста, и она сразу же стала белой, как молоко. Теперь следовало осторожно ее помешивать до тех пор, пока вода на загустеет и не станет похожа по плотности на густой кефир. В нужный момент жидкость окрасится в цвет лунного цветка.
Как выглядит этот цветок, я знал. Когда-то давно мне приходилось за ним охотиться. По цвету он был нежного голубого оттенка. Неужели почти белоснежная жидкость начнет менять цвет до голубого? Да, начала… Причем произошло это практически мгновенно — несколько секунд, и супчик уже не белый, а голубой.
Следом шел черед паучьих глаз, которые должны были вернуть супу первозданный вид, который он имел до того, как в нем оказались части зевокуста. То есть жидкость снова должна была стать кристально прозрачной.
Я с удивлением наблюдал, как глаза тенистого некропаука постепенно растворяются, а вместе с этим светлела и жидкость. Вскоре она и правда стала не только прозрачной, но и более плотной, и теперь напоминала скорее очень густой кисель, чем суп.
После того как глаза некропаука сделали свое дело, пришла очередь меда, который, в отличие от двух предыдущих компонентов, нужно было просто добавить в суп. Помешивать жидкость в этот момент было нельзя, а вместо этого следовало нежно спеть какую-нибудь мелодичную песню.
С учетом моей нелюбви к музыке и пению вообще, дело представлялось мне крайне сложным. Певец из меня так себе, и вряд ли мое исполнение можно было назвать нежным… Тем не менее я попытался. Все равно другого выхода не было, не Огибалова же с Юрасовым звать, чтобы они мне тут мелодично сопели?
Из всех известных мне песен я выбрал «В лесу родилась елочка». На мой взгляд, она должна была получиться у меня достаточно нежной. По крайней мере, Дориан меня похвалил и сообщил, что на его взгляд это было очень неплохо. Не просто нежно, а даже немного драматично… Мор сказал, что он впервые слышал эту песню в таком исполнении, что ему хотелось рыдать.
Не знаю, как там Дориан, но самое главное, что суп мое нежное пение вполне устроило. Когда я напевал последние строки, кристально-чистая жидкость наконец стала подниматься в котелке, а внутри нее появились золотистые прожилки.
Тот самый этап, когда нужно завершать процесс и бросать последний компонент — лепестки растения, которое росло в нашем подвале. По идее, когда они соприкоснутся с остальной жидкостью, я должен услышать характерный звук.