Александр Герда – Черный Маг Императора 20 (страница 80)

— Максим, ты задаешь вопросы, на которые я еще и сам не знаю ответов, — сказал он. — Однако этот факт меня радует. Ты не терял времени зря пока ждал меня. Вспомнил не только самого Бобринского, но уже успел и кое-какие выводы сделать.

— Вообще-то, не вспомнил, — признался я. — Прочитал в интернете.

— Ну да, конечно, — кивнул Дракон. — Я помню наш разговор, когда мы с тобой знакомились. Ты мне говорил, что у тебя проблемы с историей. Видимо с тех пор ничего особо не изменилось.

— Не-а, — покачал я головой. — Пока никак.

— Полезный предмет, между прочим, — глава тайной канцелярии строго посмотрел на меня. — В будущем тебе это очень пригодится. Особенно, если ты планируешь оправдать надежды Романова на тебя.

— Я постараюсь, Василий Юрьевич, — пообещал я ему, в очередной раз решив, что займусь этим вопросом, как только, так сразу.

— Угу, уж будь любезен, — кивнул он. — Впрочем, для этого у тебя еще много времени впереди, так что успеешь. Ну а что касается твоего вопроса… Я дам тебе ответ на него, как только он у меня будет. Но раз уж ты принял в этом деле непосредственное участие, то, конечно же, имеешь право знать, как развиваются события.

— Очень хотелось бы, — сказал я и с нетерпением уставился на него.

— Собственно новостей не много. Для начала я отдал соответствующие распоряжения, чтобы как можно скорее выяснили, где находится Бобринский, и приняли меры к его задержанию, — загнул один палец на правой руке Голицын. — Затем рассказал о том, что произошло Александру Николаевичу, который попросил меня поставить его в известность, как только будет какая-то информация. Кроме того, поручил ребятам выяснить все, чем занимался в последнее время Бобринский, так как его фамилия давно уже не на слуху. На этом пока все…

— Не густо, — расстроился я.

— Уж как есть, — усмехнулся Дракон. — Но я бы на твоем месте не сильно расстраивался, так как один повод для радости у тебя все-таки есть.

— Это какой же? — удивился я.

— У нас случались вещи и похуже, однако не так уж часто Романов просит сразу же звонить ему, — ответил он. — Так что делай выводы, Темников.

В ответ на это я ничего не сказал. Что говорить, если я давно уже понял, что Император на меня рассчитывает. Впрочем, глава тайной канцелярии прав, лишний раз узнать об этом все же приятно.

— Василий Юрьевич, — обратился я к нему после небольшой паузы. — Бобринских же лишили Дара, если я не ошибаюсь.

— Верно, — кивнул он. — Было такое дело.

— Тогда как объяснить тот портальный узор в доме на полу? Вы же видели, им явно часто пользуются. Как он это делает, не обладая магическими способностями? — спросил я.

— Для начала еще не факт, что Бобринский им пользуется. Пока мы знаем лишь о том, что он встречался там с Калининым, где прикончил его и забрал Вороний Амулет, — ответил Голицын. — Ну а потом, он всегда мог использовать артефакт. Как ты знаешь, ими могут пользоваться не только Одаренные.

Верно… Этот момент я как-то упустил из вида… Видимо потому, что нечасто сталкивался с ситуацией, когда неодаренные пользуются магией. Поэтому эта мысль сразу и не пришла мне в голову.

Кстати говоря, даже сейчас, после того как Дракон напомнил мне о такой возможности, она все равно не казалась мне самой очевидной. Правда никаких альтернатив ей я пока придумать не мог.

Если исключить вариант с артефактом, крайне трудно объяснить, как именно пользуется портальной магией человек, который не может этого делать. Разве что кто-то таскает Бобринского следом за собой, как меня Чертков. Но Калинин больше никого не упоминал, а соврать мертвец не мог.

В общем, дело ясное, что дело темное. Вскоре я перестал об этом думать, так как все равно никакого толка в этом не было. Только лишь вопросов добавляется и настроение еще больше портится, вот и весь результат.

К тому же, за разговором с главой тайной канцелярии время пролетело быстро, и вскоре размышлять мне стало некогда, так как мы подъехали к Императорскому дворцу. Спустя еще несколько минут я уже шагал по длинным дворцовым коридорам в сопровождении Дракона.

Сегодня во дворце почему-то было особо много народа. Я даже не слышал эха от своих шагов, как это обычно случалось. Вместо этого нас с Голицыным сопровождали многочисленные заинтересованные взгляды и шепотки, среди которых я несколько раз услышал свою фамилию.