Юлия Крымова – Курс по соблазнению. Секс против дружбы (страница 60)

— Ксюша, а скажи мне, где сейчас наш сын? — вместо приветствия в динамике раздаётся раздраженный голос Игоря. Удивительно, но я уже успела забыть его манеру общения. Будто ты обязан ему по гроб жизни. — И почему он просит встретить его в шесть тридцать утра на вокзале?

Глава 33

Внутри всё холодеет. И вовсе не от недовольного тона бывшего мужа. И не от его дальнейших угроз забрать Ника себе. Всё это пустые слова, не имеющие ничего общего с действительностью. Он в жизни и дня с ним не проводил.

Я цепенею от страха за сына. Вот что реально. Он сейчас один. Ночью. В не просто малознакомом городе, а городе миллионнике, в котором ежечасно случаются какие-нибудь происшествия. ДТП, кражи, мошенничества. Это самое безобидное, что приходит на ум.

Не помню, что я отвечаю Игорю и как заканчиваю разговор. Кажется, просто сбрасываю вызов где-то на середине его гневной тирады.

Резко подскакиваю на ноги и судорожно набираю номер Никиты. Аппарат абонента выключен. Чёрт.

Разве он мог купить себе билет? Теоретически да. Деньги у него есть. А навигатор и Интернет дарят полную свободу действий.

Почему моё материнское сердце не почувствовало неладное, когда я собиралась на ужин? Почему я не обратила внимание, что Ник был как-то особенно молчалив сегодня? Почему не предала значение, что за дверью в его спальне стоял полусобранный рюкзак? Почему все эти важные "мелочи" вспоминаются только сейчас?

— На вокзал? — уточняет Костя, пытаясь поймать такси.

Растерянно киваю, и молюсь, чтобы он был там.

— Ксень, всё будет хорошо, — успокаивает Аверин, когда мы уже едем по Садовому кольцу. — Детей без сопровождения не должны пускать в поезд.

Даже не знаю, что хуже. Если всё же запустят. Или если он ночью будет слоняться по Москве.

— Простите, а можно побыстрее? — тороплю водителя, который, как назло, еле плетётся.

Сейчас давно не час пик и дорога вполне свободна.

— Можно, если вы потом штраф за превышение скорости оплатите. Тут камера на шестьдесят.

На шестьдесят! А мы едем сорок! И кланяемся каждому светофору.

— Оплатим, — Костя протягивает ему несколько купюр. — Давай только поживее до Казанского.

И дальше у меня опять пробел в памяти.

Я не помню, как выскакиваю из такси. Как расталкивая всех, несусь в здание вокзала. Как высматриваю на табло, с какого пути отправляется поезд.

Вокруг гул и нескончаемая суета. Кто-то кого-то встречает и нетерпеливо расхаживает по перрону. Кто-то провожает и душит в прощальных объятиях. Я же кручу головой по сторонам, чувствуя, что вот-вот сама потеряюсь.

— Ксень, Никита со мной, — сообщает в трубку Аверин. — Ждём тебя у центрального входа.

Сжимаю в руках телефон, но выдохнуть так и получается.

Успокаиваюсь только когда вижу сына, стоящего рядом с Костей. Точнее, когда обнимаю его.

— Ник, как ты меня напугал, — шмыгаю носом.

Никита молчит и виновато отводит взгляд.

Ругаться не хочется.

Да и на кого? Разве что на себя?

Он ведь предупреждал, что собирается выкинуть нечто подобное. А я не восприняла его угрозы всерьёз. Пошла на поводу собственных желаний, а не здравого смысла.

Домой едем молча. Мы с Ником сидим сзади. Аверин — рядом с водителем. Улавливаю запах его туалетной воды. Уже по привычке вдыхаю глубже. Устало прикрываю глаза.

Что мне ему сказать? Банальное «спасибо» ничтожно мало. А на большее я, к сожалению, сейчас не способна.