Юлия Крымова – Курс по соблазнению. Секс против дружбы (страница 24)

Всё-таки в моём случае, родственников лучше любить на расстоянии.

— Так что? Я выкупаю два места? Плацкарт или купе? — вопросительно смотрит Никита. — А ты такси вызывай, чтоб успели.

— Нет, Никит.

— Почему нет? — взрывается сын, пиная ногой пустую пластиковую бутылку возле лавочки.

По двору разносится противный глухой треск. На что сразу же реагируют сидящие у подъезда блюстительницы порядка и тишины. Они начинают истошно пищать, подобно сигнализации на старой соседской Приоре. Орут и причитают об отсутствии воспитания у нынешней молодёжи. А я лишь молча улыбаюсь.

Кажется, кто-то отмотал время вспять. Ведь однажды мы с Авериным сидели под этим деревом. Костя психовал из-за проигрыша в значительном поединке и так же, как и Никита, зафутболил ногой по жестяной банке. Самое смешное, что мы услышали в ответ примерно то же, что сейчас выговаривают нам с Ником.

— Не хочешь жить с отцом — не надо. Зачем уезжать за триста километров? — не унимается сын.

— Мы не вернёмся! Смирись! Скоро ты найдешь новых друзей и привыкнешь. Теперь наш дом здесь.

— Здесь? На лавочке? — лишь сильнее заводится мой повзрослевший мужчина. — Может, у мусорных баков пойти место присмотреть тогда?

Вообще он обычно спокойный и сдержанный. Истинный рак. Задумчивый и молчаливый. Но, видимо, сегодняшний концерт не оставил равнодушным даже его. Он на взводе. И это чувствуется.

— Ксень, — так неожиданно раздаётся рядом голос Аверина, что я начинаю верить в эффект дежавю.

Но нет. Костя реальный. Вышел из подъезда, где живёт Зоя Михайловна, его мама, и теперь размашистым шагом направляется в нашу сторону.

— Вы куда собрались на ночь глядя? — спрашивает, бросая озадаченный взгляд на стоящие рядом чемоданы.

— Привет, — еле заметно улыбаюсь. — Подкинешь до ближайшей гостиницы? Или, может, подскажешь адрес более-менее приличной неподалёку?

Костя внимательно меня рассматривает, а затем переводит взгляд на окна родительской квартиры, где во всю горит свет.

— Поехали, — не задавая вопросов, друг хватается за чемодан и кивает в сторону припаркованной неподалёку машины.

Вскакиваю. И пока Аверин не передумал, торопливо иду за ним.

Недовольный Никита молча плетётся следом. С насупленным видом он усаживается на заднее сидение и нарочно слишком сильно хлопает дверью.

— Ник, давай поаккуратнее, — прошу тихо.

— А то что? Таксист возьмёт с нас слишком дорого?

Хорошо, что Костя грузит наши чемоданы в багажник и этого не слышит.

— А то таксист высадит тебе где-нибудь далеко за городом, — спокойно отвечает Аверин, занимая водительское место. — Дверью хлопай, сколько влезет. Но с мамой в таком тоне не разговаривай.

Растерянно смотрю вперед, абсолютно не зная, как реагировать.

Твёрдый голос друга заставляет меня вжаться в кресло так же, как и Никиту.

Сын явно не привык к строгому тону. А я… Я не привыкла, чтобы за меня заступались. Даже перед собственным сыном. Бывший муж, наоборот, всегда старался выставить меня перед Ником не в лучшем свете.

— Куда мы едем? — пытаюсь разрядить обстановку, глядя как Никита бросает в сторону Кости недобрый взгляд. — Если у тебя есть планы, то высади у ближайшего метро.

Вдруг Аверин собирался ехать забирать свои часы у рыжеволосой, а тут мы со своими чемоданами? Эта мысль отчего-то неприятно царапает. Но он взрослый мальчик и делает, что хочет.

— Какое метро, Ксень? — Костя смотрит так, будто я сказала редчайшую глупость. — Ко мне едем.

Решительность друга, как и его уверенный тон, не оставляют шансов на протест.

Нет, для приличия я, конечно, пытаюсь возразить, что «как-то неудобно».