Юлия Крымова – Если мечтают оба (страница 51)
— Варь, ябедничать нехорошо — Вступается Влад, протягивая ей отрезанную половинку. Затем отрезает ещё и кладёт мне в рот сочный, кисло-сладкий кусочек.
Довольные жуём с Варей яблоки, только я, под пристальным вниманием её старшего брата. Серый взгляд буквально искриться неприкрытым интересом, вызывая у меня давным-давно забытое чувство. Неужели отношения могут быть такими? Трепетными, спокойными и волнующими одновременно. Дарящими ощущение свободы, легкости и крыльев за спиной.
Под радостные детские возгласы «Ура», достаю результат нашей получасовой совместной работы из духовки, мгновенно разлив по дому умопомрачительный аромат. Пока выпечка остывает, собираюсь вымыть посуду.
— Оставь, я потом всё уберу — командует Влад, разливая по кружкам чай.
Не удержавшись, тычу в него пальцем. Настоящий. Живой. Тёплый. И как будто абсолютно мой. Удивительно.
Оказывается, функция домовитости и практичности отсутствует далеко не у всех обладателей стальных мышц и тестостерона. А глядя на Лёшу, я была уверенна, что все мужчины, без исключения, на кухне совершенно беспомощны. Даже если свежеприготовленное блюдо стоит на плите, он будет ждать, чтобы именно я накрыла на стол. Убрать и помыть посуду, тоже не царское дело. Муж искренне считает, что готовка, уборка, стирка — слова женского рода, соответственно мужчинам по статусу не положено в них участвовать.
В начале отношений я старательно выготавливала, заморачивалась с подачей, чтобы Лёша получал от трапезы двойное удовольствие. Хотелось демонстрировать хозяйственность и кулинарные навыки. Казалось, что так он будет любить и ценить меня больше. Как же наивна и глупа я была.
Когда родился Тёма мне стало совсем не до этого. А муж, как выяснилось, не может и не хочет брать на себя «женские обязанности». Иллюзия прочного семейного очага, под дуновением быта, начала рассыпаться быстрее, чем карточный домик.
Только тогда я поняла, что свадебный конкурс с распределением ролей в будущей семье не такой уж шуточный и бессмысленный. Я бы посоветовала молодоженам ответственнее к нему отнестись и заранее прописать в свод правил, большими красными буквами, как будет строиться семейный уклад и кому в доме будет подчиняться посуда, швабра и моющие средства.
Съев по два куска ароматного пирога, Варя с Артёмом убегают в комнату лепить из пластилина монстров. Странно, почему семилетнюю девочку привлекают не феечки, пони и принцессы, а кто-то пугающий и вызывающий опасность? Неужели увлечённость плохими парнями зарождается у нас с детства? Ярое убеждение, что нам под силу их изменить и превратить чудовище в красавца, толкает нас в отношения, в которых под маской ужасного зверя, не всегда скрывается добрый и прекрасный принц.
Со смехом провожаю их глазами, наблюдая как сын вовсю старается подрожать своей новой подружке и застываю, когда перевожу взгляд на Влада, тщательно намывающего посуду. Высокий, красивый до умопомрачения, в светлой футболке выгодно подчеркивающий рельеф идеального тела и шортах низко сидящих на бёдрах. Он запросто мог бы сейчас сидеть в компании сверстников, держа на коленях какую-нибудь красотку вести непринуждённые разговоры, строить планы на предстоящее лето. А вместо этого, расправившись с грязными тарелками, он улыбается так, словно у него нет занятий интереснее и важнее, чем проводить время на кухне, со мной, сестрой и Артёмом.
— Когда я смогу украсть тебя из дома? — допытливо интересуется красавчик, усаживая меня на подоконник и устраиваясь напротив. Приходиться немного развести колени в сторону, чтобы он мог стать ближе.
Упираясь руками по обе стороны от меня так, что наши глаза находятся на одном уровне, парень сканируют мою душу точнее любого рентгена.
Поведение Влада сегодня намного отличатся от того, когда мы были у него в прошлый раз. Тогда он держал пионерское расстояние, но сейчас при каждой удобной возможности касается меня. А когда дети не видят, действует смелее. Где-то глубоко в сознании, возникает мысль, что мы не малознакомые парень и девушка с непонятным статусом отношений, а настоящая пара. По крайне мере тут, в пределах этой квартиры, которая скрывает нас от проблем и посторонних мнений, ощущается именно так. Словно это наш маленький мирок, в котором может быть, как мы хотим.