Юлия Федотова – Тьма. Испытание Злом (страница 58)
– Это редко случается, – откликнулся Йорген смущенно.
Глава 14,
Ночью случился большой прорыв Тьмы. Жители Гамра были в ужасе, с подобным они еще не сталкивались. По округе нечисть бегала в изобилии, но в город не лезла. Благодаря «аптекарям», надежно державшим оборону, у Ночной стражи Гамра работы обычно бывало немного. Но только не в эту ночь!
Должно быть, колдовская защита дала сбой, и, почуяв легкую добычу, темные твари со всех пригородных лесов, со всех окрестных кладбищ ринулись в атаку. Они наступали на город со всех четырех сторон, они застигли врасплох охрану и взяли городские укрепления штурмом. Неуклюжие с виду шторбы и проворные маленькие зойги легко, будто силонийские ящерки-гекконы, взбирались по отвесным стенам, порывались к воротам, запускали в город стаи вервольфов. И если бы видел эту картину ланцтрегер фон Раух, то был бы поражен ее противоестественностью. Такого просто не могло быть! Ночные хищники разной породы никогда прежде не охотились вместе – какой им в том был резон, зачем делить с кем-то редкую и нелегкую добычу? Они всегда были врагами – вервольфы и шторбы, они грызли друг друга почем зря, и не потому что друг друга не любили. Наоборот, любили очень. Они друг друга ЕЛИ. Этим и «выживали», людей-то на всех не напасешься, и добывать труднее, мешают колья осиновые да пули серебряные… Короче, если шторб вервольфу сразу в глотку не вцепился – это уже хорошо. А чтобы один другому любезность оказывал, двери отворял – явление и вовсе небывалое! Однако Йорген его наблюдать не мог, они с Кальпурцием в тот момент еще спали, причем в месте весьма романтическом, но с их благородным происхождением никак не вяжущемся – на сеновале. Так уж совпало, что в преддверии большой ярмарки приезжие наводнили город, все съемные комнаты оказались заняты. Их пустила на постой одна состоятельная вдова, но из скромности только в полупустой сенной сарай. А потом сама же долго вокруг того сарая бродила, какими-то жестяными ведрами гремела, вздыхала томно… Бедную женщину тоже можно было понять: парни молодые, видные, благородного происхождения… Откуда ей было знать, что предпочтениям обоих она, будучи безродной, не слишком красивой и непроходимо глупой, решительно не соответствует?
Так и заснули они под лязг металла и утробные стоны и, когда с улицы стали доноситься новые звуки – отдаленный вой и грохот, спросонья приписали их веселой вдове.
– Ох, ну чего ей всё не спится? – пробормотал Кальпурций, потягиваясь, и перевернулся на другой бок.
Но Йорген, к счастью, уже успел пробудиться и сообразить, какова природа ночных звуков на самом деле. Вскочил как ошпаренный, выхватил меч – как раз вовремя! Ветхая дверь сеновала остановить голодного шторба не могла. Он ввалился и напоролся на меч, очень удачно – остался без головы.
А дальше пошла рутинная ночная работа – для Йоргена. Для Кальпурция – приключение опасное и захватывающее, ему понравилось. Он ловко зарубил сколько-то шторбов, троих вервольфов, одну гифту и одно чудовище неизвестное. Зойгов, правда, старался не трогать, оставлял менее чувствительному Йоргену, собственная душевная рана была еще слишком свежа.
Сначала действие развивалось у входа в сарай, затем переместилось во двор. По нему уже рыскали темные твари, рвались в дом, но их не пускали забранные красивыми решетками окна и надежная дверь, по всем правилам колдовской защиты укрепленная. Обитателям дома ничего не угрожало, это Йорген понял с первого взгляда. Однако ни твари снаружи, ни люди внутри этого постичь не желали. Первые с бессмысленным упрямством напирали на решетки, вторые голосили истошно. Кроме хозяйки-вдовушки, в доме были две девчонки-горничные и баба-повариха, все пятеро – большие мастерицы визжать. Кальпурций хотел устремиться на помощь женщинам, но порыв его был остановлен. В конюшне ржали, метались лошади, и свои, и хозяйские – чуяли волка. Вот кого надо спасать, решил Йорген: