Юлия Федотова – Тьма. Испытание Злом (страница 107)
Он уже успел пожалеть, что начал разговор с незнакомцами в тоне «немного резковатом» – так он его для себя определил. Знал бы, что встретил господ столь важных, – повел бы себя иначе. Имея происхождение более чем скромное – из семейства небогатого торговца рыбой, маг Легивар был большим снобом, высшее общество любил и считал себя вполне его достойным. Но его ввели в заблуждение костюмы благородных кавалеров и юной дамы, представляющие собой странное сочетание отвратительных обносков и дорогого белья, кружевные воротники, выглядывавшие из-под рваных дерюг (на всякий случай друзья решили не привлекать к себе внимания богатой одеждой и вновь достали из мешков степную «маскировку»). Из-за этого он принял их за бродяг или даже воров, от которых они сами, видимо, и пострадали. Так или иначе, тон был взят, и менять его уже не годилось, тем паче что боевой маг – тоже фигура не из последних…
Это ему так казалось. А молодая ведьма Нахтигаль из Хайделя слушала его гордые речи и посмеивалась про себя, ей было хорошо известно, что «маг третьей ступени», каким бы боевым он ни был и какой бы важной персоной себя ни мнил, есть не что иное, как колдун-недоучка, лишь на мелкие пакости способный. Сама Гедвиг за годы учебы достигла шестой ступени – и то выдающимся мастером отнюдь не слыла. Даже Йорген, имей он хотя бы минимальную теоретическую подготовку и чуть больший интерес к делу, пожалуй, вытянул бы на четвертую благодаря хорошим врожденным задаткам. А третья ступень мастерства вкупе с ученой степенью бакалавра, приобретаемой самое меньшее за пять лет обучения, может свидетельствовать лишь об одном: природных задатков у данного субъекта имелся самый минимум, и не стоило ему заниматься колдовством, умнее было бы подыскать ремесло по способностям. Потому что колдун-теоретик – это, строго говоря, не колдун, а артефакт наподобие черной книги: все знает, но сделать сам, без стороннего вмешательства, ничего не может. И с какой такой стати Легивар из Реонны вообразил, будто он в состоянии победить в одиночку Тьму, – этого она взять в толк не могла…
– …но вы так и не открыли мне, зачем идете на восток! – напомнил Легивар.
Пока Гедвиг размышляла о своем, молодые люди продолжали разговор, и какую-то часть его она пропустила мимо ушей.
Кальпурций, чувствуя, что правда новому знакомому придется не по вкусу, собирался ответить обтекаемо. Но Йорген, как всегда, опередил и выдал в лоб:
– Да за тем же, что и ты. Тьму собираемся победить. Если хочешь, можешь составить компанию! – Внутренний голос подсказывал ему: этого Легивар Черный уж точно не захочет, так что предложение можно делать смело, принято оно не будет.
Он не ошибся в своих расчетах. По нервному лицу молодого человека вновь пробежала судорога, и в голосе зазвучал металл.
– Вы, господа, взялись не за свое дело! Сами боги назначили его мне, и я выполню их волю – или погибну. Я не могу препятствовать вам (хоть это понимает, порадовалась ведьма), но и присоединяться к вашей компании не стану. Я ухожу немедленно и полагаю, что у вас хватит чести не мешать мне и не пытаться опередить!
– О, уж об этом можешь не волноваться! – радостно заявил Йорген. – Опережать мы не станем, нам еще доужинать надо! Это был бы непростительный грех – пренебречь столь божественной капустой! – Вообще-то к кислой капусте ланцтрегер был равнодушен, но уж если зашел разговор о богах – почему бы не поддержать?
Бледные щеки молодого мага пошли красными пятнами, он удалился не прощаясь.
– Ах, Йорген, ну зачем ты с ним так? – укорила друга добросердечная Гедвиг. – Пропадет ведь на ночь глядя, дурачок…
– Почему пропадет? – удивился Кальпурций Тиилл. – Он боевой маг, какой-то даже ступени…
– Он глупый мальчишка, позер, хвастун – и только. Третья ступень – это не мастер и не подмастерье даже – ученик! Да наш Йорген легко третью получит!
– Нет, правда? – переспросил ланцтрегер счастливо, столь высокая оценка из уст образованной ведьмы ему почему-то очень польстила.
– Даже четвертую, если постараешься, – подтвердила девушка, но Йорген для себя решил, что стараться, пожалуй, не стоит. Превзошел самую малость эдельмаркского выскочку – и достаточно. Он ведь не метит в колдуны!