Юлия Федотова – Последнее поколение (страница 35)
В общем, и по виду, и по поведению его было ясно: никаких «услуг» от младшего агарда, чьё имя тут же вылетело у Гвейрана из головы, старшему офицеру в ближайшее время ждать не приходится.
Взяли его в разведке — «так неудачно сходили!» В яме держали уже несколько дней, зачем — непонятно. На младшие чины правила обмена военнопленными не распространяются. Никакими мало-мальски ценными сведениями он располагать не мог, по той же причине — званием не вышел.
— Вот, все ногти мне вчера содрали, плоскозубцами, — пожаловался он Гвейрану, кивнув на перемотанную руку. — А что толку? Может, они в наших званиях не разбираются? Думают, я очень важная персона? — в голосе его не было ни страха, ни боли, лишь лёгкая обида.
Гвейран тогда лишь усмехнулся на это. Набарцам не нужно было разбираться в званиях, чтобы понимать: существо столь юное важной персоной быть никак не может.
— Другой раз я им просто навру что-нибудь, — поделился идеей мальчик. — Всё равно проверить нельзя.
— А вот этого делать не надо, — запретил регард. — Они решат, что сломали тебя, и станут принуждать работать на их разведку. Выйдет только хуже.
— Точно! Как я сам не подумал! — серьёзно кивнул агард, и посмотрел на Гвейрана с уважением.
Дней двадцать они провели в яме бок о бок, их не допрашивали и почти не кормили. Вода была только та, что с неба. Отчаянно мёрзли по ночам. У агарда нагноились раны на пальцах, начался жар. Во сне он беззвучно плакал на коленях Гвейрана, проснувшись, вёл себя безупречно — ни стона, ни жалобы. Гвейран не надеялся, что «дитя болот» выживет, но тому постепенно становилось лучше. За это время они успели привыкнуть друг к другу. Дружбой их отношения вряд ли можно было назвать, дружба предполагает хотя бы минимальную общность интересов. Просто они были друг другу нужны, чтобы выжить, и это объединяло.
Однажды агард, как всегда очень спокойно, почти безразлично, спросил:
— Мы умрём здесь, да?
— Ну, это ещё
Мальчик улыбнулся незнакомой фразе, она показалась ему чудной.
А на другой день он решил, что надо бежать.
Снова помог случай. От нечего делать, Гвейран перебирал пальцами каменное крошево на дне ямы. Вдруг что-то острое кольнуло в ладонь. Он потянул, вытащил. Это был кусок прочной проволоки, сантиметров двадцать длиной.
Младший агард был в восторге. Это то, что нужно больше всего! Это их ключ к спасению — в прямом смысле слова. Гвейрану только потом, задним числом пришёл в голову вопрос: где именно его товарищ по несчастью приобрёл полезный навык изготовления отмычек?
В ту же ночь, взгромоздившись на плечи сокамерника, юный мутант отомкнул замок, просунув через прутья решётки тонкие руки, каких не бывает у здоровых людей.
Полевой хирург Гвейран не был военным человеком, равно как и наблюдатель Стаднецкий. Кое-чему полезному его обучили при подготовке группы, но этого было недостаточно. Он не умел беззвучно снимать полусонных часовых голыми руками, добивать их же собственным оружием и находить заначки с едой. Не умел безошибочно ориентироваться в незнакомой местности по звёздам и светилам. Не умел различать состояние топи: в какое окно можно нырнуть с головой, чтобы скрыться от глаз врага, к какому даже приближаться, потому что засосёт немедленно…
Зато младший агард Эйнер — умел. И неловкость спутника его вовсе не удивляла, он и не ждал от него подобных свершений, делал всё сам. Ведь на то и нужны младшие чины, чтобы быть «к услугам» старших офицеров.
Как выходили они вдвоём из глубокого тыла (линия фронта успела откатиться на добрую сотню километров к югу, Арингорад сдавал позиции), день за днём, через топи и хляби, через позиции врага — это отдельная история. Были моменты, когда надежда покидала, наступало отчаяние, но чудо случилось — они выжили и вышли.
А дальше их пути разошлись — иначе и быть не могло, по ту сторону фронта у каждого была своя жизнь. Но напоследок Гвейран получил от своего юного спутника очень полезный совет: никогда, ни под каким видом не рассказывать властям о том, что побывал в плену. Мало ли, что можно сочинить, чтобы оправдать отсутствие документов: сгорели, потерялись, украдены, был контужен и ничего не помнит… В наше время каких только бед не случается с людьми, всему поверят.