Юлия Федотова – Очень полезная книга (страница 59)

— Я не врал! — отчаянно воспротестовал Кьетт, глаза у него стали большими и подозрительно блестящими. — Я не вампир, я нолькр!

— Он не врал! — вступился за Кьетта демон. — Он совсем другое существо, вполне живое, и к мертвецам, вставшим из могилы, никакого отношения не имеет. А вампиризм второго, энергетического уровня — это способность к поглощению чужой силы. Очень распространенное явление в магической среде. Все профессиональные маги на такое способны. — И удивился: — Неужели вас этому никогда не учили? Вот тьма сехальская! Это же примитив! Уж на что я в теоретической магии не силен, и то знаю!

— В нашем мире нет магии! — гордо заявил Иван, будто в этом была его личная заслуга.

— Что, вообще нет? Ты уверен? — Демон вдруг насторожился.

— По крайней мере, очень мало. — Иван на всякий случай решил не быть категоричным.

— Понятно, — серьезно кивнул демон. — Тогда скажи, тебе говорят что-нибудь слова: «Москва», «Ломоносов», «Колумб», «лошадь», «туда и обратно», «пистолет», «пуля»…

Иван не поверил собственным ушам! Потому что сказаны эти слова были на чистом русском языке, без малейшего акцента!

— Д…да! — ошеломленно пробормотал он. — Говорят! Я сам прямо из Москвы сюда попал! Учусь там!

— О! — искренне обрадовался демон. — А у меня брат на «Пролетарской» живет, представь! Я у него как раз недавно гостил пару дней! Правду гласит народная мудрость — мир тесен!

От такого сообщения Иван обалдел еще больше, просто глаза на лоб полезли. Вот вам и мир без магии! Кто бы мог такое вообразить?!

— Что?! На Пролетарской?! Брат?! Родной?!!! Тоже демон?!!

— Нет, конечно, не родной! И не демон он вовсе, обычный человек, как и ты. Мне только братьев-демонов не хватало! Мало мне па… хм, неважно!..

Вот теперь и Иван почувствовал, как камень упал с души. Как-то легче стало от мысли, что демоны на Пролетарской все-таки не водятся. А убийца продолжал:

— …а еще у вас там в Москве университет классный, который на горах стоит.

Начало фразы Иван, занятый личными переживаниями, пропустил мимо ушей, уловил только конец. Кивнул в ответ:

— Да, я как раз там и учусь.

— Везет! — восхитился демон. — А на каком факультете?

— На почвоведении.

— О! Мы с тобой почти коллеги! Знаешь, тебя я домой могу вернуть, хоть сейчас. Заодно и брата навещу.

— Здорово! — просиял Иван. — Пошли!.. — и вдруг осекся. Снурл и нолькр стояли и смотрели на него, притихшие, бледные. — А… как же они?

Демон пожал плечами:

— Не знаю. Могу и их перебросить к тебе.

— Нельзя! Они умрут там! — воскликнул Иван так горячо и поспешно, будто спутников его уже хватали и тащили на верную гибель. — И выбраться оттуда уже точно не смогут. Магии-то нет почти!

— Понятно. Тогда сам решай, как быть. А то мне пора возвращаться, сестра не любит, когда я надолго исчезаю вот так, без предупреждения.

…Это были одни из самых тяжелых минут в жизни Ивана. Душа его разрывалась надвое. Домой хотелось страшно, как никогда раньше, мысль о родных жгла каленым железом: ведь они его ищут, они страдают, с ума сходят, мать с сестрой все исплакались уже, отец ходит, не поднимая глаз, и как бы не запил с горя. А бабушке, наверное, не сказали ничего, но должны будут однажды сказать… И конец семестра на носу, экзамены… А кто с первого курса вылетит — не восстанавливают… Он должен, он обязан был вернуться домой… и бросить Кьетта и Болимса в чужом мире. А ведь оказались они тут исключительно по его, Ивана, глупости и небрежности! Ему-то хорошо будет в родительских объятиях, а их ждет верная гибель в неведомых Безумных землях… Разве вправе он бросить друзей? Кто он будет после этого? Да тварь последняя, хуже рузы перепончатокрылой!

— Нет! Я не могу!

— Иван, — тихо начал Кьетт, — послушай, вдруг это твой единственный…

— НЕТ, я сказал! Я остаюсь!

— Понятно, — кивнул демон. Ему ничего не нужно было объяснять. — Ну я пойду тогда?

Иван молча кивнул, он пока не мог говорить.