Владимир Суворов – Волк (страница 2)
Дед пошел дальше. Теперь на снегу четко были видны следы, они то разбегались, то снова сходились.
– Зима только в начале, а вы уже рыщете. У, разбегались! – дед говорил вслух, как будто те могли слышать его. – Неугомонные какие.
" Неугомонных" дед увидел шагов через шестьдесят на пути к следующей петле.
Их было трое. Они сидели на снегу, прямо на просеке, даже не встав при приближении человека.
"Странное дело". – отметил дед. Волки никогда не подпускают человека так близко к себе. Они стараются находится рядом, но так чтоб их никто не видел. А тут на тебе – прямо на дороге.
" Тут что-то не то…" – подумал дед и косым взглядом глянул по обе стороны от себя. Других волков, видно, не было.
Дед остановился, прикидывая в голове. – "…взять для острастки выстрелить что ли, или сами разбегутся…?"
Но волки не собирались разбегаться, они только повернули морды в сторону деда.
Хищный огонек блестел в их глазах. Дед переступил с ноги на ногу, при этом один из волков все же встал, им оказалась волчица. Она оскалилась, обнажив ряды желтых зубов.
– Вот вы как… – теперь уже вслух произнес дед и медленным движением придавил палки поглубже в снег, чтоб не упали. Опустив пониже правое плечо, он ловким движением подхватил скользнувшее по руке ружье. Теперь оставалось только снять рукавицу, чтоб нажать на курок. Не опуская правой руки, он, выпрямив, расслабил пальцы повернув ладонью вниз. Рукавица полетела на снег к ногам деда. Оскалившаяся волчица проводила взглядом упавшую рукавицу.
– Хорошо. – проговорил дед и взведя нажал на курок.
Выстрел в воздух громким эхом отозвался по лесу, с деревьев кое-где вниз попадал снег.
«Неугомонные», соскочив с места кинулись в лес. Через секунду за деревьями их уже не было видно.
– Вот то-то. – довольно крякнул дед и перезарядил ружье, положив пустую гильзу в карман тулупа. Подняв рукавицу, он закинул ружье снова на плечо. Повертел головой по сторонам (если волки что-то почуяли, они не отстанут).
Дед взял палки и снова двинулся дальше, осматривая все вокруг, ища что же могло так заинтересовать "серых". Это "что же", дед увидел недалеко от того места, где сидела троица. Под сосной, прижавшись спиной к стволу дерева и засыпанный снегом, сидел человек. Он не двигался.
– Бог ты мой…– проговорил дед и свернул с дороги к сидящему.
Довольно долгое время ему пришлось повозится, чтоб привезти бедолагу в чувство. Когда тот очнулся и подняв голову открыл глаза, то дед увидел в окоченевших от мороза руках незнакомца – заточку. Она была нацелена нагнувшемуся деду прямо в грудь. Несколько секунд они молча смотрели друг другу прямо в глаза. Во взгляде старика не было страха перед смертью; да и за что? За то что хотел помочь замерзающему или спасшего его же от безжалостных волчьих клыков? Но за это не убивают, а благодарят. А самое главное, дед понял, у незнакомца не хватит сил даже руку поднять, ни то, чтобы ударить его.
– Брось. Не шали. – спокойно и очень твердо проговорил дед.
Незнакомец немного расслабился и опустил заточку.
– Ты кто? – после этого он выдавил из себя синими губами.
– Дед Пихта. А ты?
– "Волк".
– Понятно. Значит это твои родственники хотели тебя съесть, да не успели. – дед выпрямился и кивнул в сторону по направлению убежавших волков.
– Я им не по зубам. – процедил незнакомец.
– И не такие в лесу пропадали. – дед окинул взглядом сидящего перед ним человека. И осмотрев его, замершего и жалкого, добавил. – Ладно, что попусту байки травить, ты лучше скажи, куда шел то?
– Подальше от сюда. – ответил незнакомец.
– Рисковый ты человек. В такую погоду и в лес…
– А мне терять нечего.
– Понятно. Значит идти не куда. – дед покачал головой. – Тогда мил человек, вставай, а то совсем, здесь замерзнешь. Встать то можешь?
– Могу. – ответил незнакомец и попытался встать, но морозная ночь сказалась сразу, как только он начал подниматься, повалив его на бок. Снег осыпался с него, обнажив телогрейку грязно-серого цвета с пришитым на груди матерчатым номером. Что за номер дед понял сразу, такие нашиваются на одежду заключенных, т.е. "зеков".