Виктор Айрон – Танат 4 (страница 81)

— Парочку они убили. Внутри оказались разы из числа бандитов Нода, а он поддержал Лависа.

— Не Лависа, — подал голову Гент, держащийся за голову. — То, что внутри него. Мы подсадили кого-то важного и должны были раскрыть ему путь. Ты мог его найти. Нечто важное, что скрыто от них.

Мы с Даргулом переглянулись. Думаю, что он вспомнил напоминающий увеличенную копию Последнего Приюта город на острове. Тот самый Центр, откуда можно управлять Танатом. И если это место скрыто от Теней, то дреги хоть что-то поняли.

— Видимо поэтому они ещё и не сломали свою тюрьму, — произносит Даргул и отворачивается к своим бойцам.

Команды он раздаёт быстро и чётко. Я, пусть и командир команды чистильщиков, но мы ни разу не планетарные десантники. Да, руководство операцией или малой группой потяну, но Даргул командовал военной операцией по всему Танату.

У меня даже мелькнула и пропала странная мысль, что может он уже знает о моей страховке. Какой страховке? Кто бы мне рассказал. Этот момент мы с Танатом как раз решили на всякий случай стереть. Фантомное воспоминание, так сказать.

Вот только раскомандовавшийся лидер знающих не дал мне вспомнить. По итогу в нашем кильме остатся Ид и Кас. Первый при облете осуществляет наблюдение и общую координацию. Кас из дершера ведёт обстрел скоплений противника. В этом ему будут помогать стрелки с дальнобойными иршерами в других кильмах. Всего четыре снайпера.

Поредевшие из-за этого десятки разбиваются на четыре группы и командуют ими Канио, Тура и Алира с Гентом. Их задачи просты: уничтожение штурмующих, сплочение осаждённых, дезорганизация сил Теней.

Харс, как изначально страж Изломом, идёт со мной и Даргулом к позиции Стрелка и Ори. Если где-то там рядом есть узел, то мы должны его защитить.

Пролетаем низко над крышами и вниз спрыгивает четвёрка бойцов и один из назначенных командиров. Рядом с нами внезапно появляется знакомый кильм, который когда-то захватила Тэй. Чувствую её, она в кресле управления. Роуг и ещё один боец торчат с дершерами из отверстий в туше кильма.

Но не только я слышу её сообщение. Даргул вдруг поворачивается ко мне.

— Эти чувства не для таких как мы, Нико. Наш дар — смерть.

— Тогда, Даргул, я, пожалуй, впервые в жизни знаю, за что буду сражаться искренне и с полной отдачей.

— И что же это? — приподнимает правую бровь палач Таната.

— Право.

— Право? Какое? — заинтригован мой неожиданный союзник.

— Право послать этот дар самке мута в трещину и идти своей дорогой.

Ид, как и лидер Знающих, молча изучает меня. И Харс с интересом смотрит на меня. В брюхе кильма ещё остался лишь Кас, но он увлечённо отстреливает разов внизу. На нашу беседа ему плевать.

— Ты наивный мечтатель, Нико. Танат не то место, где ты выбираешь свою судьбу.

— Потому я и ломаю правила, Даргул. — Маска димортула ухмыляется синхронно со мной. — И у меня получается. И только не ври, что всю свою жизнь здесь ты сам не старался вести свою партию.

— Не буду, — вдруг широко улыбается Даргул, сверкнув острыми акульих зубами. — Так мы пойдём сражаться за это? Или будем языками чесать?

Чёрт. Меня захлестывает дурной адреналин.

— Не отставай, старик!

Бросив через плечо эти слова, разворачиваюсь и прыгаю вниз. Мы летим не высоко, плюс тойлями зацепляюсь за арку над улицей и так полностью торможу своё падение. Передо мной спины разов в тяжёлых доспехах. Знакомый дизайн. Плюс вижу инсектов из Резазаков и людей с метками Верующих.

По их рядам бьют всё стволы дершера: иглы, кислота из распылителя, ульмы. Кас собирает обильную жатву. Все передо мной сосредоточены на кильме, стреляют ему в след. Меня, а вернее уже нас, они не видят.

Клинки вылетают из предплечий. На их кромках начинает выделяться кислота. Ускоряется и в прыжке врубаемся в задние ряды противника. В полёте из глотки димортула раздаётся душераздирающий крик, который оглушает разов и боевых кильмов.

Оружие падает из рук, которые сначала стараются зажать уши, а потом вместе с головами падают на хитин под ногами. Да начнётся резня. Сражением эту бойню назвать нельзя.

Прыжок вперед или в сторону с рубящими ударами в полёте или в момент касания земли. И каждый взмах клинка забирает чью-то жизнь. И не одну, так как куски тел падают кучами вокруг нас. Мы вестник, смертоносный дуэт, который создан для разрушения.