Виктор Айрон – Танат 4 (страница 52)

Парочка, оркуар с секирой и ульмшером и безликий инсект с уже знакомым иршером с широким штыком, прошли подо мной. За ними никого. Начинаем.

Мягко спрыгивает вниз. Меж пальцев зажаты диски и иглы. В падении выпускаем из предплечий клинки, нанося удары крест на крест. Дроны нас услышали, начали поворачиваться, да так и упали. Головы ещё скакали по полу, как мы кинулись вперёд, выпуская пфэр.

У входа стояла пара кошаков и эльфуар с кефлом за спиной. Взмах, щелчок, повторить. Не зря местные матерые вояки, вроде Майры и Тишина, любят хлыстовое оружие, которое режет плоть. Режущие частицы на пфэре сносят одному кошаку голову с плеч, а второму срезают кусок черепа. Тот зашатался, но не упал даже после такой раны. Лишь начал поворачиваться к нам.

Вторым ударом мы распотрошили кефл с кильмами и развалили торс тощака наискосок. Верхняя часть даже подергалась какое-то время, тянулась к оружию, но вскоре затихла. Какие ким бары не ставь, но обширную кровопотерю и травматическое расчленение они лишь отчасти компенсируют. Итого четверо долой.

Пока кошак с половиной головы медленно наводит на нас разрыватель, поворачивается и уходим в сторону. Мимо пролетают заряды иршера. Если у кого-то оружие использующее кислоту, то обязательно есть и что-то колюще режущее. Явно против нас готовились. В ответ метаем по очереди зажатые в руках диски, а затем костяные иглы. Человек и инсект падают с пробитыми головами, а иглы пронзают череп оркуара. Качок оседает следом. Совсем без мозга оболочки разов даже под управлением кильмов не работают.

Одновременно отходим назад. Сблизившись с с кошаком, разворачиваемся и клинками отрубаем руку с занесенным тесаком. Потом отрабатываем серией ударов в корпус. Далее хватаем за горло издыхающего противника и используем его как живой щит. Держим перед собой и заходим в соседний коридор. Выстрел из разрывателя разносит нижнюю часть туши противника в куски.

Инсект и ещё один кошак. Кидаем в них останки, а потом пригнувшись сближаемся с дронами и пускаем в дело клинки и когти. Ещё одного тигроида разбираем на куски, отбиваем в сторону костяной штык и отрубаем инсекту руки. Дрона это не остановило, он пытается нас пинать. Подсечка и укол в голову. Готов.

Осталось двое. До того, как снова применяем сонар, сбоку звучит очередь хлопков. Задевает плечо, но ничего серьёзного. Вот и Гент. Наёмник стреляет в нас не давая высунуться. Значит последний дрон обойдёт нас. План этажа есть. Отходим от поворота и бесшумно движемся в боковой проход. Так мы сами зайдем в тыл Генту. Главное не шуметь.

Тот продолжает стрелять из дершера, ведя огонь на подавление. Интересно, что с ним не так? Его знает Стрелок, но сейчас он служит Творцам. Неужели он продался или же ему засунули кильм вместо камня души в оболочку. Если второе, то сколько таких агентов ходит вокруг?

Звуки выстрелов всё ближе, за поворотом. Подкрадываемся за спиной, а потом в последний момент рывок, парный удар клинками и обезглавленный труп падает на пол. Дершер выпадает из рук дрона. Это не Гент. Где наёмник?

Позади меня и чуть сверху раздаётся свист. Рецепторы на затылке замечают летящий диск в последний миг, когда не уклониться. Удар в основание черепа, резкая боль и ноги отказывают. Слияния больше нет, Дим ощущается где-то далеко, а тела я вообще не чувствую.

Сползаю вниз по стене. Зрение туманится. Повреждён продолговатый мозг и позвоночник. Плюс зрительный центр не в порядке. Всё перед глазами плывёт и двоится. Гент, который спрыгнул с уступа над входом, просчитал меня и ловко подловил, поразив димортул в уязвимое место. Фэс вошёл между стыком защитных пластин, перерубив вязь защитных нитей. Потом его заклинило и лишь поэтому моя голова ещё при мне.

Ощущаю панику Хранителя. У дрона, что играл роль приманки, на спине виднеется кефл. Генту потребуется меньше минуты для того, чтобы достичь зала с центральным узлом. Не знаю как, но думаю, что способ открыть колонну у него есть. А я пока не могу пошевелиться. Полный паралич, а Дим не может пока даже начать лечение. Переключает контроль полностью на доспех. Но мы не успеваем, хотя напарник начинает шевелить пальцами.