Виктор Айрон – Танат 2 (страница 27)

После того, что я увидел в воспоминании, слова Стрелка я воспринял всерьёз. Поэтому подойдя к хнычущему монстрику, я бережно взял его на руки. Тот дёрнулся и хотел убежать, но хватка у меня была крепкой. Ощупав тельце пого, убедился, что переломов нет, но гематомы присутствуют.

— Ну извини, приятель. Ты чуть этих ребят не убил. Не понимаешь, конечно, меня.

Зверёк, услышав мою речь, вдруг умолк и затих. Я аккуратно гладил его, и это принесло плоды. Пого вдруг затих, тихо засопел и уцепился коготками за нагрудный панцирь.

Время утекало, а потому я, подхватив на руки тело Тэй, отправился в обратную сторону. Там как раз тушки волгаров остывают, а мне подкрепиться надо. Тут и рана в плече, и кислоты потратил немало.

Обратный путь и спуск прошли без происшествий. Буквально на бегу вырвал сочные куски мяса из тушек волгаров. На ходу нам есть уже приходилось. Из-за этого меня даже засекла команда Тэй там, наверху. Жевал Димон тогда так громко, что сдал нас со всеми потрохами.

Кроме мышц, я вырвал ещё и некоторые органы. Ими я поделился с пого. Мелкий паскудник, жуя ещё тёплую печень, довольно заурчал. Так, похоже, свою вину я частично уже загладил.

Пока я направлялся к тому залу, где располагался подъёмник, у меня было время подумать. В частности, о том, что я недавно видел в воспоминаниях.

Валери Бастьен — это я сказал Тэй тогда, когда она назвала мне своё настоящее имя, Теона, и упомянула, что любит петь. Девушка, что была мертва более ста лет в моём мире. Стрелок упомянул, что Искатели появились в Танате тридцать семь оборотов назад. Умножив на число пи, три и четырнадцать, если обороты в годы перевести, получим сто пятнадцать лет или чуть больше.

Если я правильно помню, то некая большая война завершилась чуть более, чем сто с небольшим лет назад. Сходится? Даже слишком. Не бывает таких совпадений. Плюс Валери Бастьен принесли в жертву. И Тэй упомянула этот момент. Она хорошо запомнила, как умерла.

Ещё то слово, что Тэй упомянула ранее. Тогда она проверяла, а не пришёл ли я из её мира. Она описала мне молоток и назвала его марту. Я на это не обратил внимание, но сейчас вспоминаю, что именно так этот предмет зовётся на каком-то французском. И тут в яблочко.

Ещё Трагас упоминал в своём послании, что Творцы с помощью этих своих точек фокуса или как их там, могли переносить своё сознание. Как в пределах планеты, так и между мирами. Космическими или параллельными — соплеменникам Трагаса было на это плевать.

Важный момент. Творцы даже могли вызывать управляемые мутации биома в чужих мирах. Было дерево — стало оламом. Крысы превращались в сборщиков биомассы и так далее. На месте создаётся что-то вроде колонии, а потом туда прибывают завоеватели. Точнее переносятся их души.

Зашибись. Некий мир, где произошла катастрофа. Точнее столкновение с некой невероятной угрозой. Нечто настолько ужасающее, что военные устроили бунт против власти и санкционировали нулевой протокол. На этой самой планете Икс или Тау солдаты перебили всё население, друг друга, а последние уцелевшие в этой бойне покончили с собой.

Если их тела подверглись опасной и необратимой мутации, притом заразной, то это вполне могло быть причиной активации нулевого протокола. Что, если сенткомовцы столкнулись с остатками биотехнологий Таната? Ведь некие силы пытались получить мощь неизвестных богов, найти волшебную таблетку, супероружие, называйте это как хотите.

И лидеры этой группы, некие политики и бизнесмены, творили на планете чёрт знает что. Жертвоприношения, дикие ритуалы, опыты над людьми — явно всё это там было. Да может быть там, на Тау, как и здесь, был мятеж. И военные, узнав всю глубину проблемы, решили всё радикально. Ради своих близких на забытой Земле, ради всего человечества.

— Ах ты чёрт! — произношу я в сердцах. И не потому, что путь к нужной мне пещере перегородила стая неких незнакомых прямоходящих мобов. Нет, тут другое.

Вспоминаю слова того, чьё имя я дал моему новому напарнику — димортулу. Страдающий от генетического поражения организма специалист тогда сделал одно важное замечание. Дима сказал, что очень надеется на то, что солдаты Сенткома не дрались с неким неизвестным противником. А если дрались, то победили.