Виктор Айрон – Слик. Крутой и не герой. (страница 98)

Те дергаются, смотрят на меня удивлённо, а потом засыпают на месте. Сам я вскакиваю и хватаюсь за ксанг. Меня трясёт от шока. Вот что за жизнь? И мою личность походя спалили все, кому не лень. Так ещё и самое сокровенное узнали.

Тут я чувствую дуновение воздуха за спиной и резко оборачиваюсь. Вальдо, лёгок на помине, стоит на пороге комнаты в какой-то мешковатой полевой форме. И смотрит на открывшуюся ему картину с шоком во взгляде. Почему-то мне кажется, что он всё слышал.

– Так, Слик, спокойно, – поднимает инквизитор руки с открытыми ладонями. – Всё нормально. Просто выслушай меня. Я с тобой, брат.

– С каких пор ты мне братом стал? – рычу я и направляю в его сторону меч. Ох и быстро Вальдо высказал всё, что хотел.

– Слик, мой дар у меня с юности. И, когда я повзрослел, он стал моим проклятием. Тогда я впервые попробовал знакомиться с девушками.

– И что? – задаю я наводящий вопрос.

– То, что трижды наивен тот, кто думает, что понимает женщин. И трижды проклят если это правда. А я...

Вальдо, замялся потупил глаза, отвернул голову в сторону и даже отошёл немного назад.

– В смысле? Эй, Вальдо, с тобой всё в порядке?

– Нет, Слик. Я не в порядке. Скажем так, когда ты чувствуешь суть той, с кем хотел познакомиться, черна внутри и плохо пахнет, ты сам не захочешь с ней... Кхм, слиться воедино, скажем так.

– Вальдо, ты хочешь сказать...

Я даже ксанг от шока опустил.

– Слик, даже не говори это вслух. Да, я священнослужитель, но отношусь к мягкому, а не строгому духовенству. Нам не запрещены связи и право вступить в брак. Но я... Мы... Короче, у нас больше общего, чем мы оба думали.

Когда он это говорит, то его голос дрожит. Либо он честен, либо очень хороший актёр. Но уши в него горят...

– Ладно, эм, брат, – убираю ксанг обратно в ножны и тоже поднимаю руки перед собой, – я тебя выслушал. И что ты предлагаешь?

Вальдо облегченно выдыхает и снова смотрит мне в глаза:

– Я уже встречался с этой дрянью. Мы помогали магистрату в борьбе с работорговцам. Они применяли тилиум и кое-что ещё в смеси с ним. Действие коктейля обратимо, я знаю, как это сделать. Однако есть очень положительный побочный эффект от лечения.

– Это какой? – задаю я резонный вопрос.

– Потеря памяти о последних часах. Полная и безвозвратная.

– Правда?

– Полнейшая.

Облегченно выдыхаю. Пронесло. Ведь по краю прошлись. Но ещё остаётся Вальдо. Бросаю на него выразительный взгляд:

– Предлагаю мужской пакт. Я храню в тайне то, что узнал о тебе, а ты то, что знаешь обо мне. В этом вопросе по крайней мере.

Протягиваю вперёд сжатый кулак и дьякон стукается о него своим.

– Клянусь, брат. И давай закроем эту тему. Дел ещё много, а нам надо валить с этой планеты.

– Закроем. А что такого случилось, что ты хочешь по скорее смотаться отсюда? И какие у тебя проблемы с твоей организацией?

Вальдо горько кривится, но отвечает прямо.

– Атор вне закона. Ты вне закона, – тычет в меня пальцем, а потом переводит его сначала на себя, а потом на Ровену, – а теперь она вне закона и я вне закона.

– Э-э-э, – только и смог я выдавить из себя.

– Кто-то в Инквизиции признал нас особо опасными еретиками и выдал на нас мандат, – произносит Вальдо безэмоциональным голосом. – Не на арест. Нас положено ликвидировать на месте. Его выписали тогда, когда Стальные Грифы захватили корабль. Кем бы они не были, но даже в наших ордосах у них свои люди.