Виктор Айрон – Слик. Крутой и не герой. (страница 67)

– А ведь тогда он внезапно разбогател, приобрёл авторитет. И Карун стал грандмастером, а с ним и Меркс с Эрин. Твою...

– Маму мою не трогай. Проняло тебя, приятель? Есть планы? Лично мне надо отбить у Рябого нескольких ребят, а мы тут болтаем. Потом надо закончить дело с Одноглазым и ай-да искать новые следы тех ушастых. Значит навестим твоих уже бывших коллег. Вдруг им что-то известно.

Задумчиво на меня посмотрев, мой старый друг молча подходит к стене и приседает. Отодвинув неприметную панель, Атор достаёт из тайника некий свёрток.

– Скажем так, Слик, сейчас никто не знает, что я оказался быстрее моих коллег и их приближенной кодлы. Я встретил того пьяницу, которому твой приятель Гулар продал обломки после аварии. Ведь тем гномом был конечно же он?

Нечто завёрнутое в промасленную ткань лежит передо мной, но я смотрю на Атора. Тот разворачивает материю и виднеется вощеная бумажная обертка.

– Старик давно распилил обломки и распродал весь утиль здесь и на других ярмарках. Вот только на тонкую электронику, если она предназначена для работы с определённым оборудованием, трудно найти покупателя. Так что он положил это в угол и забыл. Отдал за пару бутылок рома. Опохмелиться ему было нечем.

Наконец бумага снята и я вижу медный шар с кучей разъемов – резервный навигационный инфор. Неужели тот самый?

Атор, видя мою реакцию, только усмехается, протягивая мне шар:

– Сделка есть сделка, Слик. Ты мне сильно помог с компроматом Лангези – я не остался в долгу. Контракт, как ты говоришь, должен быть выполнен.

Черт, черт, черт. Не могу в это поверить. Мы сами продали тогда след к элгарам, и вот он снова у меня в руках.

– Так что мы можем идти, Слик. Да и опасно нам тут оставаться. Плюс ты хотел спасти каких-то ребят?

Вновь упакованный инфор отправляется в мой рюкзак. Всё верно. Пора навестить ещё одного старого знакомого.

Глава 12 Назовём это спасательной операцией

– Слик, вот ты серьёзно это сейчас сказал? – спросил меня приятель, недовольно разглядывая следы побоища на чердаке таверны. И чего не так? По-моему, повешенный на струне труп наёмника вполне неплохо смотрится. Стильно, как вы люди говорите.

– Да ты попробуй. Всего разок, что тебе стоит? Отвечаю, тебе понравится. Это такой адреналин.

– Не буду я из неё стрелять. Даже просто так. И зачем тебе это надо? Что мы тут делаем?

– Чтобы ты согласился забрать её. Сам я её не унесу. Она куда больше меня. О, вон и футляр к ней.

– Господи, да зачем тебе эта здоровенная винтовка? Она раза в три больше тебя.

– Ты не понимаешь, – топаю возмущённо ногой. Но звук очень тихий. Привычка не шуметь и тут работает против моей воли. – Это не просто винтовка. Это, – оборачиваюсь к виновнице торжества и с любовью её глажу, – моя прелесть!

– Дай угадаю, – хмыкает Атор, – нести её ты предлагаешь мне?

Энергично киваю головой. Человек лишь фыркает на это:

– И почему твоя прелесть не размером с колечко? Ладно, берём её и валим, раз тебе так надо.

– Надо, Атор, надо!

В Приюте Отщепенцев был бардак. Местные, обнаружив трупы, подняли ор. Очень они, как я понял, боялись того, что Рябой Хенвил отомстит им за смерть своих людей. Опасения не напрасные. Этот урод на такое способен.

Принадлежность наёмников никто не прознал. Местные пока ещё не видели устроенное в зале таверне побоище. "Грифы" не пощадили никого. Однако пленение Атора людьми Рябого видели многие. Поэтому я двигался тенью по крышам, а мой приятель-вор, закутавшись в плащ и обмотав лицо платком, пришёл в таверну с заднего входа боковыми улочками.

И теперь сильно возмущался тому, что я привёл его сюда за добычей. Хотя, по его мнению, надо было драпать. Потому он сейчас и ездил как и старая бабка. Фу таким быть.

– И как я с таким футляром пройду по городу?

– Городом я бы этот гадюшник не назвал, но я знал, что ты скорее всего спросишь это. Предусмотрено. Притом в самых лучших воровских традициях, – сказал я, когда мы закончили паковать винтовку в футляр, а часть трофеев в экспроприированый рюкзак. Не чёрный, что принадлежал наёмникам, а найденный внизу. Судя по дыре в голове бывшего владельца, эта вещь ему больше не нужна.