Виктор Айрон – Слик. Крутой и не герой. (страница 52)

– Примерно десять лет назад начали пропадать мастера кси среди людей и других рас. Может и больше лет прошло. Это не сразу заметили. Просто пропавшие стали возвращаться. И то, что с ними сделали, заметили все заинтересованные лица.

Много я интересного узнал из этого разговора. Все бедолаги были не только помечены, как мы с Гуларом, но ещё сведены с ума и будто специально брошены на всеобщее обозрение: рынок, городская площадь, приёмная планетарной магистратуры, зал прилёта космопорта. Следствие, проведённое органами власти и Церковью, ничего не дало. Мотивы неизвестных были непонятны.

Была лишь одна зацепка – аксил. Минерал, способный блокировать проявление кси. Так уж получилось, что о свойствах этого минерала первой узнала Церковь Спасителя людей, которая имела весомое влияние среди человеческих держав. С учётом того, что основными врагами людей были те расы, что активно использовали кси как в бою, так и в качестве источника энергии мощной технике, монополия на это вещество стала предметом святош.

Да, никто другой не знал, где находятся источники этого минерала: шахты, лаборатории или хранилища. То есть людишки могли его где-то добывать, а могли и синтезировать. Доспехи и оружие паладинов например содержали аксил, который разрушал кси воздействие. Именно благодаря, ему Ровена и смогла блокировать удары нашей ушастой гостьи. Правда ментальной защиты у неё не было и потому Вилея смогла вогнать её в стазис своей диадемой.

Короче говоря, кто-то взял и нарушил монополию святош, а ещё и говнища поднакидал людишкам. Ведь вернулись нет только люди, но ещё двары и орки. Да и представители других рас были, но не элгары. И все сведены с ума, лишены кси, а головы покрыты аксиловыми татуировками. Стоит ли говорить на кого все подумали в первую очередь? Правильно, на святош.

Первосвященник людей, несмотря на протесты Инквизиции, даже устроил встречу с шаманами орков, шишками дваров и представителями других пострадавших народов. Сложно сказать, о чем они говорили, но главный святоша не так давно как-то убедил всех, что люди не причём. Тем самым он предотвратил войну. То-то не так давно всё выдохнули облегченно. Будто буря прошла стороной. Я то политикой особо не интересуюсь.

Но отсрочка эта временная. Собеседникам главного святоши нужны те злодеи, что сделали это. И сейчас Инквизиция и другие спецслужбы людей ищут неизвестных. У них есть лишь одна зацепка – аксил. Лангези был одной из ниточек, а я её резко, внезапно и очень не вовремя оборвал. Теперь мне даже интересно, кто кроме Гильдии Атора мог быть связан с этим контрактом? Ну, им то я помог опосредованно и смог за это получить помощь в своём деле. А контракт мне выдала мадам Лина, но и она была посредником.

Н-да, тут такие теории можно развить, что самому страшно. А был ли заказчик? И если заказ дала сама Лина, то зачем ей это? С другой стороны, и встречу с Псами Господними организовала она. Ой, как всё сложно.

Не буду пересказывать всю беседу. Там в ходе рассказа много мата прозвучало. Конечно с намеками в мой адрес, от Ровены. Очень она перенервничала после моей шутки со смолой. Ладно, успокоится. Хотя интересно, всё ли служительницы Церкви так крепко выражаются? Я думал, что Агнесс исключение.

Но общая суть ясна – мои спутники теперь тоже уверены, что за этим делом стоит некая группировка элгаров. Раньше они это лишь подозревали. Оказывается узорами элгаров увлекаются многие, кто хочет постичь глубины кси.

– Изыскания наших писцов указывали, что вязь татуировок имеет явно эльфийское происхождение. Древние ритуальные гексаграммы. Но это не доказывало стопроцентно, что именно кланы стоят за этим. Наносить их мог кто угодно. Однако, пока ты был в отъезде, мы нашли Гулара и допросили его. Гном тогда спал. Укол специальной сыворотки помог нам его допросить. Он ничего не помнит об этом. Вот мы и решили не захватить тебя, а склонить на свою сторону. Скажу честно, мы оба были впечатлены твоими навыками.

– Говори за себя, Вальдо, – недовольной кошкой шипит паладинша.

– То есть вы не знали, что за этим стоят ушастые? Чем вы тогда занимались столько лет? – справедливо замечаю я.