Вел Павлов – Последний реанорец. Том XI (страница 18)
— Совещание всё еще идет, — усмехнулась Калира, а после оценила мой новый вид и чмокнула меня в щеку. — Чудесно выглядишь.
— Алиша и Вика справятся и без нашего вмешательства, — добавила сразу же Куня, которая успела натянуть на себя свой доспех гидры. — Мы тоже хотим поучаствовать. Точнее я… И да, сейчас ты смотришься гораздо бодрее и… добрее…
Сучья кровь! Добрее? За кого же меня принимали раньше?
— Боюсь, что нет. Не получится, — отрицательно покачал я головой, отчего девушка мгновенно поникла, но пришлось её успокоить. — Посмотри на них и немного подумай. К тому же у вас будет… скажем так индивидуальный инструктаж.
— В постели? — прошептала Прасковья мне на ухо, вмиг просияв от моих слов и обдав шею своим горячим дыханием, а затем переглянувшись со слегка смущенной Лирой, та с заметным придыханием и возбуждением продолжила: — Если честно, дорогой, то мы многое обсудили с девчатами и пришли к выводу, что тебе перед твоим отбытием придётся хорошенько постараться в интимном плане. Мы ни на что не намекаем и не завидуем Алише, ведь мы одна семья, а Матвей
Мать моя Бездна! Куда делась моя воинственная жена? Где вспыльчивая и необузданная натура? Это точно она? Хотя нет, аромат и аура её. Это действительно Прасковья.
От столь вопиющих, громких и страстных слов даже у меня сердце пробило учащенный такт, а после взглянув на обеих супруг, вновь с интересом уставился на Куню.
— Вы… вы обе хотите… детей? — с внезапно пересохшим горлом просипел я.
— Не только мы, Зеантар, — зарделась Калира. — Вика… Вика тоже.
Во имя Угорских Бесчинств! Они так говорят, как будто бы я властен над этим процессом.
— Ты уж постарайся, мой милый, — заливисто рассмеялась Прасковья, подхватывая альву под руку и уводя её в сторону собравшихся женщин и сопляка. Причем обе то и дело соблазнительно покачивали всеми своими прелестными изгибами. — И не забудь о своём обещании. От индивидуального инструктажа в плане магии мы тоже не отказываемся.
Трепещи Ракуима! Что за абсурд? Мне кажется, сегодня кто-то встал не стой ноги. Но так и быть, если это их заветное желание я совсем не против.
— Итак, дамы и господа, а также ваше высочество, — сходу заговорил я, проникая под полог тишины и командуя лисицам, чтобы те начали активацию артефактных барьеров. — Перейду сразу к сути, поэтому говорить буду один и раз и медленно. Все вопросы после. Совсем скоро мне придётся покинуть империю и отправиться… далеко. Очень далеко, — стоило мне произнести эти слова, как глаза у большинства присутствующих расширились и показали вселенское ошеломление. Лишь Хельга и Ростислав слегка нахмурились. — И по этой самой причине в следующие недели я буду тренировать каждого из вас. Каждый из вас теперь член рода Лазаревых! Само собой, ваше высочество не в счёт, — кивнул я цесаревичу, отчего тот весело фыркнул, — здесь вы скажем так, как принято говорить среди молодежи, находитесь по блату. Кумовство, что поделать, — развёл я руками. — Так вот. Каждый из вас член рода Лазаревых, и я требую, чтобы вы приложили все свои силы, вплоть до смерти, для его благополучия. И чтобы в моё отсутствие ни одна падаль не посмела даже просто косо взглянуть в вашу сторону, либо в сторону моих близких. Хотя вы все по-своему близки мне, — честно признался я. — Но за любую оплошность я буду жестоко карать. Каждого. Теперь можете задавать вопросы, у кого они имеются.
Несколько мгновений под куполом царила тишина, а также напряженная и слегка мрачная атмосфера. И первым, как это ни удивительно, разинул рот Костров, не забыв переглянуться с шокированным Вадимом и Кириллом:
— Шеф, а надолго уйдешь?
— Не знаю, Лёня, — чуть тише сообщил я. — Надеюсь, что ненадолго, но там может произойти всё, что угодно. Вплоть до моей смерти. Но не вздумайте, что-либо говорить им! — мне пришлось скосить взгляд в сторону Лиры и Куни. — Хельга, — потеплевшим тоном, добавил я, — полагаюсь в этом на тебя.
— Как скажешь, Захар, — с печальной улыбкой кивнула фон Тек.