От подобного упоминания физиономия Маннеха слегка дёрнулась, но улыбка вдруг стала гораздо шире и тот с заметным удовлетворением обнажил выступившие клыки.
‒ Мой отец был никчемным слабаком. Тут я с тобой соглашусь. Он подох за дело! Мне его ничуть не жаль, ‒ холодно фыркнул асур, медленно ступая вперед, взмахом ладони материализуя насквозь черную секиру из воздуха, да и силуэт его стал медленно увеличиваться в размерах. ‒ Но за эти слова так или иначе, я всё равно перережу твою говорливую глотку, реанорец. Для всех посланников ты лакомая добыча. Совсем скоро здесь будут вс…
‒ Хватит, Маннех! ‒ отчеканила резко Хааона со сталью в голосе, ловко останавливая своего напарника и с ненавистью глядя мне в глаза. ‒ За все его грехи он должен страдать. Лёгкой смерти не сыщет. За всё, что он сделал в Мерраввине. За всё, что он сделал с твоими соотечественниками. За всё, что он сделал с моими сёстрами. За все смерти нашего мира он заплатит. Он попытался уничтожить наш мир, в ответ мы уничтожим или же поработим его! Ты понял нас, Жнец Бездны?! ‒ а затем она сделала шаг вперед и устремила свой хищный и злорадный взор дальше, мне за спину. ‒ Дай угадаю, это твои новые друзья? Соратники? Подчиненные? Ты привёл их сюда умирать? Они хоть знают, кто ты такой на самом деле? Они понимают какая ты беспощадная тварь? Они в курсе за кого будут сейчас умирать?
Тем не менее на все россказни дочери Хаарсы я лишь весело и надменно расхохотался. И с каждой секундой мой смех становился всё громче и безумнее.
‒ Ты глупа, Хааона! ‒ сквозь смех стал вещать я, медленно шагая им навстречу и начиная заводиться, потому как прошлое бешеным галопом стало проноситься перед глазами. ‒ Когда-то ты чудом смогла спастись от меня и податься в паству к той крикливой суке. Вы считаете меня кровожадным маньяком и убийцей. Да будет так! ‒ с бескрайним равнодушием прошипел я. ‒ Ты любила свой народ! И этот отброс любил свой народ! Вы хотите отомстить! А я сделал это ранее! НО ЧТО СТАЛО С МОИМ НАРОДОМ?! ‒ перешел я на безумный крик. ‒ ЧТО СТАЛО С МОЕЙ СЕМЬЕЙ?! ОНИ ВСЕ МЕРТВЫ! ВСЕ ДО ЕДИНОГО! Поэтому, прежде чем явиться сюда, вам нужно было переговорить с тем членистоногим ублюдком и той истеричной дрянью. Но сейчас, для этого разговора уже поздно, ‒ успокоившимся тоном прошептал я. ‒ Вы считаете себя охотниками, что решили загнать ослабевшую жертву? Так вот я отвечу вам прямо. Вы опоздали. Перед собой я сейчас вижу лишь добычу, а не загонщиков.
‒ Пустое бахвальство! Восстановление твоих сил в этом захудалом месте невозможно! ‒ расхохотался удовлетворенно Маннех, а после с невероятной скоростью рванул ко мне. ‒ Прими свою смерть! Твоя голова отныне моя, реанорец! Аарр'азз будет доволен!
‒ Идиот! Сдохнешь так же, как и твой никчемный папаша! Ведь ты даже не понимаешь на что способен носитель Высшей речи! Представить себе не можешь на что способен Зеантар Ар-Ир Ор'Реанон. Линчевателем того прогнившего места меня назвали не просто так, ‒ презрительно фыркнул я. ‒ Не забудь передать от меня привет своему членистоногому шакалу.
Комбинация потоков ветра и смерти… Эфир ветра и смерти… Абсолютная защита…
Комбинация потоков Высшей речи…
Эфир молнии и ветра… Грозовая гильотина дома Ар-Ир… Тотальное искоренение…
В одно из мгновений, когда эфир буйным поток забурлил внутри вместилища, а разрушительная трескучая молния стала реветь подобно неудержимому зверю и сгущаться над моей головой, глаза Хааоны вдруг резко распахнулись от нахлынувшего изумления и та быстро потянулась к своему оружию.
‒ МАННЕХ, СТОЙ! Не нападай! Жнец бездны вернул себе рунное тело! ОН ВЕРНУЛ СЕБЕ ВЫСШУЮ РЕЧЬ!
Всё же вынужден был признать, что в последний раз с посланниками странников Астрала я сражался на третьем обороте рунного тела, а не на первом. И было это давно. Очень давно. Потому как вместо головы ультимативная техника дома Ар-Ир угодила асуру не в голову, а лишь в левую руку и частично грудь. За толику мельчайшего мгновения конечность Маннеха преобразилась в кровавый туман вместе с его секирой. Туша демона превратилась в настоящее ядро огнестрела и под действием рокочущей молнии стремглав умчалась в сторону разрушенных врат форпоста.
