Вел Павлов – Последний реанорец. Том V (страница 17)

Вот только каково было моё удивление, когда вместо того, чтобы вызвать такси или просто свалить куда подальше, София неспешным и прогулочным шагом прогулялась через дорогу к соседней усадьбе.

Лишь через несколько часов после случившегося я узнал от Терентия, что моя «мать» уже почти две недели арендует то самое небольшое имение через дорогу.

Но долго размышлять над случившимся не было ни желания, ни времени. Так как от этих дум меня отвлёк голос дворецкого:

— Ваше преблагородие, охрана докладывает, что к вам очередные посетители.

— Огромная чёрная «Тундра» с царицынскими номерами? — криво ухмыльнулся я, поднимаясь на ноги и откладывая в сторону остатки приглашений и отвлекаясь от созерцания Златограма.

— Всё так, — кивнул почтительно слуга.

— Это те, о ком я говорил и предупреждал тебя ранее. Их встречу сам. Прислугу уведомь, если хоть что-то просочиться о моих гостях им же будет хуже. Гостевые покои готовы?

— Все в курсе, ваше сиятельство. Как вы и приказывали.

— Вот и отлично, — усмехнулся я, неспеша следуя к главному входу.

Стоило мне оказаться на улице и спуститься со ступеней вниз, как первым из машины на всей скорости выскочил вечно довольный и улыбчивый Лёня, а уж следом за ним пожаловал и Соловьев, лишь перед этим дождавшись Кертайса и Калиру.

Оба представителя дома тёмного течения, как и всегда были в закрытой молодежной и презентабельной одежде с обычными тёмными масками, которые прикрывали нижнюю часть лица. Оставляя открытыми лишь глаза.

— Шеф… ну ты… ну ты даешь! — выдохнул радостно и в то же время обескураженно Костров, и оказавшись подле меня, сцапал приветственно за плечи.

— Без рук, с мужиками не обнимаюсь, лишь с прекрасными девами и феями. Предупреждал не единожды! — криво хмыкнул я. — А теперь расскажи, о чем ты балаболишь?

— Он о твоей поездке в Вену и столповом магинарии. Голова скоро отвалится от него. Плешь проел за часы поездки! — пожаловался раздраженный Вадим, приветственно кивая и закатывая глаза. — Даже Кер и Лира устали от его галдежа. Я уже успел сто раз пожалеть, что взял его с собой.

Кер? Лира? Что ж, неплохо. Порадовали. Сближение происходит более чем быстрое.

— Кертайс, Калира, рад вас видеть. Можете чувствовать себя как дома, — радушно поздоровался я с альвами. — Отныне по любым вопросам в этом месте можете обращаться к Терентию Урусову, — указал я рукой на слегка заинтригованного новыми гостями дворецкого. — Либо ко мне. Маски можете снимать. Думаю, вскоре они вам не понадобятся.

Само собой за пару дней до этого у меня состоялся весьма закрытая беседа с дворецким, но даже так, глядя на альвов всего удивления на лице тот скрыть не смог.

— Рад тебя видеть, друг! — расплылся в широкой улыбке сын патриарха, и не успев снять с лица маску, в манере Лёни обнял меня по-дружески за плечи.

Бездна с ним. Ему простительно.

А вот Калира удивила. Похоже в Царицыне время даром та не теряла. Чуть склонившись и приподняв подол заснеженного платья, девушка поприветствовала меня, как и подобает всему дворянскому этикету.

— Ваше преблагородие, моё почтение, — заключила альва со смущенной улыбкой на лице.

— Сударыня, вы не перестаете меня удивлять, — ухмыльнулся весело я, подыграв и ответив девушке аналогичным приветствием и, подхватив её под руку, сопроводил внутрь усадьбы следуя на второй этаж, лишь напоследок обратился к дворецкому. — Терентий, уведомь охрану и будь готов. Его императорское величество обещал явиться к вечеру.

— Всё будет исполнено по высшему разряду, ваша светлость, — учтиво и без тени волнения отозвался тотчас Урусов.

— Шеф, так это правда, что балаболят журналюги?! — вновь загомонил Костров, стоило нам расположится в моём кабинете. — Ты действительно, что-то не поделил с Нассау и поедешь наминать бока зажравшимся западникам на столповую? Слушай, а возьмешь меня с собой?!

— Во-первых, не гони лошадей и расслабься. Бери пример с Вадима, — осадил я взволнованного витязя. — Во-вторых, это правда. В-третьих, я подумаю над твоим предложением.

— Ааааа, — скривился парень, отмахнувшись от Соловьева. — Вадимка скучный. По своей магичке жизни сохнет. Всё время как в воду опущенный.