<iframe src="https://www.googletagmanager.com/ns.html?id=GTM-59P8RVDW" height="0" width="0" style="display: none; visibility: hidden"></iframe>

Вел Павлов – Последний реанорец. Том IX (страница 5)

18

‒ Захар, что с тобой? ‒ с тревогой прошептала Алиша, резко оказавшись подле меня. ‒ Что еще за непростительные грехи? С чего ты так завёлся?

Пару мгновений я размышлял говорить или нет, медленно переводя взгляд с одной жены на другую, но так уж вышло, что они являются частью моей семьи и обязаны знать хоть это.

‒ Именно эти шелудивые собаки продали вас Габсбургу, ‒ холодно изрёк я. ‒ То происшествие в форпосте дело их рук. Их влияния. Их власти. Никто не вправе лапать моих жен и моих людей! Кроме меня, разумеется. Они сами подписали себе смертный приговор. Просто этого еще не поняли.

Бездной клянусь, лишь кровь этих никчемных ничтожеств может смыть такие грехи, вторую свою семью я ни за что не потеряю. Реанорец всегда держит своё слово и всегда платит по счетам. Особенно таким…

Глава 2. Новый век правления, конфронтация и за работу...

Первое кольцо. Москва.

Главная резиденция рода Воронцовых.

26 марта 2025 года.

Около полудня…

«Смена власти!»

«Новый век правления династии Романовых!»

«Отречение государя!»

«Да здравствует император Владимир и императрица Оксана!»

……

Именно такими оказались бесчисленные кричащие… Да что там, вопящие заголовки новостных интернет-порталов, новостных компаний теле и аудиовещания, а также прочих средств массовой информации по всей территории огромного государства. Народ был возбужден и взбудоражен, но далеко не изумлён таким событием, ведь ни один правитель не был вечен, а император Всеволод продержался на своей должности больше остальных. Почти сорок лет. И для многих граждан он прославился мудрым и дальновидным владыкой. Сама же династия Романовых правила империей на протяжении более четырёх сотен лет и более трёхсот лет с момента Катаклизма. Что касается престолонаследия, то ритуал передачи смены властителей показывали еще в течение целых суток с его начала, а на определенных порталах паутины и то дольше.

Однако, как ни странно, не зря говорят, что дьявол всегда кроется в деталях и нюансах. Поэтому самым важным и удивительным объявлением для знати и граждан империи было совсем иное.

Смена в управлении ниже. Вслед за своим владыкой на пенсию отправился и сам светлый князь, назначение его сына на должность действительного тайного советника для многих лиц оказалось вполне обоснованным, а вот второй… Назначение второго ‒ независимого тайного советника — за секунду повергло в шок и ошеломило не только всю общественность империи, но и ошарашило людей за её границами. Потому как им был назначен никто иной как двадцатидвухлетний столп Российской Империи и самый молодой имперский князь Лазарев Захар Александрович. Весьма видная и загадочная, но в то же время нечеловечески пугающая и достаточно противоречивая фигура в кругу аристократов и всего государства в целом.

Кровавый Лазарь, Душегуб и Палач Империи. Одни из самых известных прозвищ отныне независимого тайного советника его императорского величества Владимира. Многие дворяне, как и простые люди опасались того, что бывший советник империи, которого все боялись словно чумы, перед нынешним советником окажется не таким пугающим и устрашающим. Ведь последние достижения Лазарева, а также судебный поединок, точнее показательная казнь Балинта Габсбурга-Австрийского еще была свежа в памяти и на слуху у всех граждан Российской Империи. В особенности о ней судачили не переставая в высших эшелонах знати.

Именно такие неприятные новости и события застали троицу огорошенных боярских князей в самое неподходящее время. Прямо во время их игры в бильярд со своими партнёрами, друзьями и их семьями. Данное объявление о назначении подобного советника не только заставило замолчать всех присутствующих, но и за долю мгновения в весьма шумном зале образовалась гробовая тишина. Князь Осокин до самого последнего момента не мог отвести потерянного взгляда от огромного вещательного экрана.

‒ Прошу прощения… господа и дамы, ‒ хрипло и отрывисто просипел глава рода Осокиных, живо кивая своим детям и побледневшим от увиденного женам. Одновременно в весьма нервной манере укладывая кий на одну стоек. ‒ Мне пора. Но честно признаться… теперь… нам всем есть над чем поразмыслить… В свете новых обстоятельств.