Вел Павлов – Последний реанорец. Том III (страница 88)

Мне даже удалось понаблюдать за их магическими тренировками. Правда, то, что я там увидел, моей реанорской натуре многое не понравилось, но как использовать магию на Земле, это дело каждого. Поэтому пришлось лишь безмолвно наблюдать, щуриться и изредка кривиться. Жаль, что только один мелкий сопляк всюду путался под моими ногами.

Только в следующий миг все мои воспоминания вчерашнего дня были прерваны мягким и грудным женским голосом и, оторвав свой взгляд от глянцевого пола, я поднял его на импозантную женщину лет тридцати пяти.

— Захар Александрович, прошу вас, — с тёплой улыбкой указала та на двери рабочего кабинета главы государства. — Его императорское величество готов вас принять.

Что ж, давно пора. Сейчас оценим императора Российской Империи.

— Благодарю вас, сударыня, — уважительно кивнул я секретарю, медленно проходя мимо неё и со спокойствием отворяя двери.

Первое, что я заметил это шикарный кабинет, что был сконструирован в классическо-русском стиле, а затем взгляд зацепился за располагающую улыбку моложавого мужчины лет пятидесяти.

— Ну, здравствуй, Захар, — негромко проговорил государь, опираясь локтями на поверхность стола, а после рукой указал прямо перед собой на мягкое кожаное кресло. — Проходи, садись. Похоже, разговор у нас с тобой будет долгим.

Трепещи Ракуима! Весьма впечатляет. Весьма. Солидный мужик.

Мощь магии. Мощь духа. Сила. Авторитет. Харизма. Из Всеволода Романова всё это бьёт равномерным и контролируемым ключом. Гроза государства и самый могущественный столп империи во всей красе. Его основная сила была ветер и он даже не литой. Что во многом говорит о его искусности и мастерстве. Скорее всего, этот мужик сможет потягаться с мерраввинскими императорами и королями, правда… только из расы людей.

Высокий, статно и крепко сложен, моложавый вид и располагающее к себе лицо, лучистый и пронизывающий взгляд, а седина только-только стала касаться волос.

— Рад приветствовать, ваше императорское величество, — изрёк расслабленно я, склонив голову и присаживаясь напротив мужчины.

— М-да! — прокряхтел внезапно император, внимательно меня осматривая и откидываясь в кресле. — Фото в Плеяде нужно будет сменить. Совсем не похож! Дам распоряжение Юсупову, чтобы внёс тебя в реестр со всеми твоими… изменениями. Это ведь необратимо?

— Понятия не имею, ваше величество, наверное, нет, — пожал я плечами, хоть в глубине души уже знал ответ на вопрос.

Мне нравился мой новый вид и образ. Смешение человека и реанорца благодаря эфиру прошло более чем успешно. Ничего общего с Осокиными. Скажи мне пару лет, что я буду рад таким метаморфозам, проклял бы всё во вселенной. Но люди Земли не сделали мне ничего плохого, а те несколько смертников, что замыслили недоброе по отношению к моей персоне, рано или поздно канут в небытие. Если же список вдруг увеличиться, то буду только рад этому.

— Как поживает твоя магия? — осведомился государь с коварной улыбкой. — Оксана считает, что ты можешь остаться калекой, да и слухи могут поползти разные. Хотя они и так ползут. Столица уже гудит и судачит, что на приёме у Трубецких будет весьма интересное зрелище. Незаконнорожденный сын Осокина против одного из наследников Осокина.

Бездна! Как-будто тебе не плевать на придворных зевак?

— Моя магия жива, ваше величество, и она… вернётся, — твердо проговорил я. — А насчет дуэли, прошу простить меня за грубость, но я сирота и у меня нет родных.

Сила вернется либо сама, либо я её заставлю с помощью рунного тела. Не велика беда. А эта дуэль не более чем развлечение.

— Кровь не водица, но уверенность похвальная, многие твоё решение не вливаться в род Осокиных примут с облегчением, — лукаво отозвался государь. — И коли так, то перейдем сразу к делу, как то и требуют традиции… — хмыкнул сухо и с явным довольством император, запуская руку под стол и вынимая оттуда небольшой черный футляр с вышитым на нём гербом империи. — С той самой секунды, когда ты наденешь его, — медленно и церемониально заговорил Всеволод со всей серьёзностью. — Ты станешь тем, кто будет стоять на страже империи. И когда эта драгоценная сталь коснется твоей кожи на пальце, судить, либо отдавать какие-либо приказы тебе имею право лишь я. Во время огромной беды, либо неизвестной катастрофы он подаст тебе сигнал. И тебе необходимо будет явиться по первому зову этого артефакта. А теперь скажи мне, столп империи, ты готов принять всю ношу этого перстня?