Вел Павлов – Последний реанорец. Том III (страница 80)
Двое пожилых мужчин. Два главы рода. Разделял их только рабочий стол. Два непримиримых соперника сейчас сидели друг напротив друга и с задумчивым видом пытались разобраться во всем произошедшем.
Вот только здравомыслие обоих порой пересекалось с нарастающим гневом.
— Что известно? — буркнул невнятно Трубецкой, скрывая раздражение.
— Мало, очень мало, — хмуро выдал Потёмкин, после краткого размышления. — Жандармы второй день роют землю.
— Что по нападавшим? Как попали?
— Все поголовно отступники из стёртых родов и кланов, все как один
— На кого грешишь? — с явным недовольством процедил Михаил. — Пришли, как я понимаю только за парнем, наши девочки им были побоку.
— Да, Куня всё рассказала, а так много на кого грешу. Тот же Осокин, либо Ясака. Как понимаю, Захар с ними что-то не поделил, — отмахнулся Александр, поднимаясь на ноги и меряя шагами кабинет. — Вот только доказательств нет. Всеволод рвёт и мечет, вскоре могут полететь головы. Под самым носом на первом кольце твари умудрились. Старею я, похоже, — тяжело вздохнул советник, вновь возвращаясь на место, а взгляд его мгновенно ужесточился, а в помещении резко стало темнеть. — Но найду каждую мразь! Вырву с корнем! На первом кольце! На боярышень и столпа посмели руку поднять! В порошок сотру! Слишком долго я любезничал с ними! Слишком! Видимо кто-то думает, если я молчу, то ничего не вижу. Всех из-под земли достану! Всех! — под конец речи в кабинете царил полный полумрак.
— Что по пацану? — в очередной задал вопрос Михаил, поднимая глаза на своего собеседника, тем самым сбивая накал страстей Потёмкина, отчего освещение понемногу стал возвращаться в норму.
— Плохо, очень плохо. Зелья и эликсиры не помогают. Еле дышит. Два целителя присматривают уже второй день и поддерживают организм, Алина и Прасковья тоже рядом постоянно, — кисло сообщил советник. — Сегодня даже Ростислав и Виктория приезжали, чтобы проведать парня, да бестолку. Всё также.
— Алиша мне сказала, что он… — на миг Трубецкой осекся и задумался. — Изменился? Что за метаморфозы?
— Это мягко сказано изменился, — хмыкнул невесело светлый князь, запрокидывая голову к потолку. — Не узнать в нём больше молодого юношу. Волос потускнел. Седина на висках. Серьезно исхудал и отощал. В годах прибавил лет десять. С лицом и глазами что-то непонятное произошло, словно… другим человек совсем стал. В общем, краше в гроб кладут. Переменился кардинально наш Захарушка.
— Есть мысли, как он разобрался с хунхузами? — тихо спросил Трубецкой, потирая устало глаза.
— В этом-то всё и дело, Мишенька. Целители говорят, что изменение его вида, напрямую зависит от того, что он использовал. Есть вероятность, что у парня есть слабый дар… гемомантии.
— Гемомант? Маг крови? Пацан и так кладезь талантов! — брови князя тотчас взлетели вверх. — По слухам, они встречаются редко. У нас так вообще крайне редко. Это в Цинской империи и у прусов это норма.
— В точку! По имеющимся данным, они способны приносить в жертву собственное тело, жизнь, долголетие и кровь, чтобы стать сильнее, — продолжил Потёмкин, качнув головой. — Либо он скрывал это, либо не подозревал. Но, как объяснили маги жизни, он мог собственной кровью накачать своё заклинание. И то, как он сейчас выглядит — последствия. Но всё это только догадки. Всё остальное сможем узнать только от юноши.
На некоторое время в кабинете повисла томительная тишина, каждый глава рода думал лишь о ему одному известном. Но через пару-тройку вдохов, Трубецкой невольно заметил:
— Насколько я понимаю, если он очнется, мы будем у него в долгу.
— Тут как посмотреть, — выныривая из собственных размышлений, изрёк сухо Потёмкин. — Пришли за ним, наши внучки попались только под горячую руку, но похвально то, что он не только их защитил, но и сделал так, что им не пришлось вступать битву. Хотя… если бы я или Романовы чуть раньше нашли весь этот тёмный сброд, то ничего такого не случилось бы, — поджав виновато губы, заключил светлый князь.