Вел Павлов – Последний реанорец. Том III (страница 19)
— Какого лешего вы стоите?! — рявкнул он нервно своим подельникам. — Убейте ег…
Договорить он не успел, потому как раздался тихий шум воды, и через миг уже туша Коршуна пробила несколько ветхих домишек в противоположной стороне.
— Ах ты… предательская мразь! — донесся из дыры свирепый голос одарённой, а следом показалась и она сама, взъерошенная, разозлённая и воинственная. — Теперь ты труп, урод! И вы оба… тоже! Молитесь, твари!
— Нет, Хельга, оставь их мне, — попросил я девушку, которая выбравшись из завала, быстро зашагала в нашем направлении.
— Тогда только быстро! — фыркнула она с лёгкой заминкой, с неистовым взглядом продолжая свой путь к будущему смертнику. — У тебя минута!
— Как прикажете, ваше благородие! — усмехнулся я, отвесив ей небольшой насмешливый поклон, но уже в следующий миг пришлось разрывать дистанцию с Шакалом и Яном и поспешно уклоняться от двух клинков и копья.
Оба ратая не стали ждать конца нашей беседы и слаженной атакой набросились на меня.
Выпады и удары неслись стремительным и молниеносным градом. В скорости они меня всё же превосходили и солидно. Уже трижды копьё и клинок задевали защитный покров духа, но первый спектр пока удерживал натиск третьего и четвертого.
— Какой вёрткий щенок! — обозлено выпалил Шакал, пытаясь пробить своим копьём мой покров, который уже держался на последнем издыхании. — Ян, поднажми!
— Самому интересно узнать, правда ли, что у столпов империи голубая кровь! — вторил ему довольный Борода. — Ну и? Где твоя хвалённая алая молния, щенок?!
Трепись дальше, пёс шелудивый!
После слов Ермохи выпады ратаев лишь усилились, словно они обрели второе дыхание. Приходилось держаться в глухой, но хлипкой обороне и принимать удары, выжидая нужного момента, а алая субстанция в сфере продолжала таять с катастрофической скоростью.
Можно было ослабить их покровы напитанными иглами или "касанием архата" но план был иной. Я желал испробовать свою магию.
Наши пляски и мои постоянные увороты основанные на непрекращающейся "поступи" уже продолжались секунд тридцать. Впервые за всё время у меня была настолько напряженная битва. Два старших ратая духовника не шутки.
Я еще не упражнялся с силой молнии, хотя повторить последний фокус с копьём мне не составит труда, правда, по силе оно будет слабее.
Необходим был лишь нужный момент!
И он выдался через несколько секунд!
Оба ратая нанесли сплоченный удар, отчего мой покров силы духа тотчас распался, но в скользящем и акробатическом кульбите, чуть не лишившись головы, мне удалось увернуться, и я оказался прямо между двумя противниками.
Мощным ударом ноги деревянное древко Шакала было сломлено, отчего он невольно и резко стал заваливаться вперед, а оба запястья Бороды на его отступе удалось перехватить всего на мгновение.
Но именно это мгновение мне и было нужно. Если бы не моя пробудившаяся магия и техники, меня бы прямо сейчас на шашлык пустили.
До этого моё безэмоциональное лицо внезапно озарил широкий и кровожадный оскал и, прикрыв глаза, я окунулся внутрь себя.
Правая воображаемая рука, что всегда отвечала за силу духа, в этот момент бездействовала, потому как сфера была пуста, но по моему приказу объявилась мнимая левая, которая резко окунулась в магический наэлектризованный источник и сила магии заструилась стремительно по телу.
Непередаваемое ощущение полное эйфории.
Глаза я открыл также резко, ведь по телу уже плясали разряды стрекочущей и вибрирующей молнии.
В ту же секунду оба ратая заподозрили неладное, и попытались вырваться из моих пут, но было поздно.
— Хотел увидеть молнию, Борода?! Так смотри, падаль! — прошипел свирепо я, глядя в наполненные ужасом глаза без пяти секунд трупа. — И ты смотри внимательно, Шакал, ведь больше вы оба в своей собачьей жизни ничего не увидите!
Рты одного и другого раскрылись в немых криках, но рокот безумствующей молнии заглушил всё.
Действовал я на инстинктах в приказном порядке, прямо как с эфиром. Реанорец не просит и не обращается к стихиям, он лишь приказывает.
Уже в следующий миг в уши ворвался душераздирающий и мучительный вопль. Запястья Яна, которые я удерживал до последнего, под напором явившейся силы превратились в обгорелые культи, а в моих руках теперь ярко сверкая кровово-красным сиянием, находилось копьё из чистой алой энергии.