Вел Павлов – Эрсус. Фаворит Смерти (страница 12)

«Что и это всё? Ценный ресурс? Ты издеваешься? Тогда почему я должен с ней договариваться? Почему ты мне ничего не говоришь. Ты ведь точно многое знаешь»?

«И что? Теперь я должен тебе всё выложить? Учись и прогрессируй! Могу лишь сказать одно, девка права, и ты Картар, думаю, ты и сам сейчас многое узнаешь, — и опять замолчал».

«Партизан твою мать! Чтобы ты провалился»!

«Сам такой! И провалюсь только вместе с тобой»!

А я обратил опять свое внимание на демоницу и на её фразу.

— Ага! Держи карман шире! Рассказывай, давай, всё что знаешь! Все же вынужден согласиться, ты не похожа на высших демонов, о которых я читал, ты более…

— … дружелюбна! — закончила за меня девица. — Мне об этом говорили! Но поверь, моя любимая мамочка гораздо лучше меня, не каждой суккубе дано окрутить Архидемона и понести от него. А ведь моя мать владелица собственного суккубата. Но это семейные дрязги, тебе о них знать не следует, — рассказала мне она, улыбаясь.

— Ладно, говори, не заговаривай зубы, я внимательно слушаю тебя, — твердо произнес я и приготовился узнать много нового.

Девушка приложила пальчик к подбородку и ненадолго задумалась.

— Хм, с чего бы начать. Я и сама так много не знаю, ведь «твои», исчезли почти три тысячи лет назад из мироздания, и огласили об этом по всем мирам, будто прощаясь со всеми. О Картарах известно не много, вы были слишком скрытными и отчужденными, но так уже повелось, что вы могли решить разные споры и разногласия. Заметь, абсолютно все! Вы были будто хранителями равновесия между всеми. Не позволяли пролиться крови, больше чем этого было нужно в схватках. Но и слишком мирными вас назвать нельзя, любое сражение, в которое вы вступали, всегда было вашей безоговорочной победой. Но самой большой тайной была ваша энергия, ваши техники и способности не были похожи на другие, и ваша сила, она была особенной и неповторимой. С людской магией, огнем Инферно, либо даже божественной верой, её ни с чем нельзя было сравнить. Поэтому вы лакомый кусок для всех, теперь понимаешь?

Глаза девушки будто разгорались с каждым произнесенным словом, и та готова была просто выпрыгнуть из кресла, но всегда возвращалась обратно, расслабленно раскинувшись в кресле.

— Вы могли противостоять абсолютно всем, Боги или Архидемоны, любого твои сородичи могли поставить на место, а воля ваша была несгибаема. Ни разу, за все ваше время существования, никогда ни один Картар не был взять в плен, по крайней мере, об этом в летописях наших библиотек ничего нет. Я их перевернула все, вдоль и поперек, ничего не известно. Но также вы были самой малочисленной расой, но среди вас, были разумные всех видов. И это было самой большой вашей загадкой и тайной! Вы могли делать подобных себе из любых рас. А потом вы просто ушли и… всё!

Возбужденно заявила девушка и резко замолчала, разглядывая меня, и ожидая моей реакции, а лицо моё было непроницаемо, ведь ничего сверхъестественного я не услышал, и с чего весь сыр бор?

— Хорошая сказка, — похвалил я девушку. — Но с чего ты взяла что я такой же? Вдруг ошиблась?

— Это не сказка, — как-то с обидой проговорила она. — Это летописи моих предков, не оскорбляй меня такими заявлениями. А все что я тебе рассказала, чистая правда! Вас боялись как прокаженных все миры нашего мироздания! — предъявила она. — А Нанди видел твою энергию и знаменитый доспех Картар, так что не отпирайся.

— Стоп! — я остановил девушку, пропуская вышесказанное о Картарах мимо ушей. — Вашего мироздания? Есть и другие? — спросил я, не подавая вида, что сильно разволновался.

— Разумеется, их огромное количество, — подтвердила она, а глазки её заблестели. — Кстати, Паллад, а откуда ты явился? — ласково вопросила она.

— С севера, — легко отозвался я, придерживаясь своей истории.

— Северянин, значит. Это интересно, там много сильных воителей и магов, странно, что ты ничего не слышал о Картарах, хотя это действительно было слишком давно, возможно, это и в порядке вещей, — ответила она сама себе, а я лишь выдохнул.

— А назови мне столицу Северной Империи? — вдруг задала та вопрос.

— Много будешь знать, скоро состаришься, — в тон ответил я. — Сколько тебе, Касси?