Вел Павлов – Эпоха Опустошителя. Том VIII (страница 4)

Впрочем, все домыслы седовласого отошли на второй план стоило дракону изойти на черный пепел. Ранкар Хаззак в беспощадной манере казнил противника у всех на глазах и подобное не осталось без внимания.

Первым не выдержал Тар.

— Бать, да Влад же катком по этому дракону недоделанному проехался, — с потаённой радостью прошептал парень, глядя то на задумчивую мать, то на отца. — Он силён. А ведь ему не достался элементаль, как всем нам. Вот тебе и младшенький в нашей семье.

— Отец, это точно… нормально? — с волнением осведомился Марриуз, глядя на то, как его младший брат с отрубленной головой в руке неспешно шагал в сторону представителей дома Иан. — С Владом всё в порядке?

— Увы, Матвей, но ответа на такой вопрос я сейчас не могу отыскать, — задумчиво изрёк хранитель, не сводя взгляда с сына.

Впрочем, среди всех иномирцев имелось более эмоциональное существо, которое не оставило поведение Влада без внимания и дослушав Лазаревых до конца, Драгун с мрачной улыбкой прокряхтел.

— Мать моя Алина Федоровна! Да провалиться мне в Геенну Огненную! Захар, он весь в тебя. Точнее, это твоя сумасбродная копия, — исправился хранитель. — Ты уж прости, но во время боя мне показалось, что от тебя и Инарэ он почерпнул всё самое наихудшее. Ваши самые тёмные стороны.

— Ты не представляешь насколько прав, — со скрытым волнением прошептал Лазарев.

— Жестоко всё-таки с ним обошлась судьба, — удручено выдохнул Паллад, отводя взгляд в сторону. — Жаль парня…

После краткого диалога двух хранителей иномирный лагерь охватила гнетущая обстановка, а Калира Лазарева тихо произнесла.

— Захар, нам начинать волноваться?

— Лира, боюсь, время волнений миновало, — угрюмо пробасил мужчина. — Пришло время принятия последствий.

Вот только вопрос, что прозвучал от государя Российской Империи внезапно поставил в тупик всех. Ведь именно он заметил одну важную деталь.

— Мне кажется, его левая рука не в порядке? Да и правая отличается от обычной человеческой.

Семейство Лазаревых практически моментально взглянуло на оголённые конечности Влада, а затем они друг за другом посмотрели на старика.

— Бетал? — вопросил тихо князь. — Тебе есть что сказать? Татуировки у него были? И что со второй рукой?

— Мой господин, до исчезновения Влад своим видом ничем не отличался от обычных людей, — тотчас отозвался поверенный.

— Погодите-ка! — встревоженно спохватилась Валери будто что-то вспомнила. — При первой нашей встрече он уже обладал этими отметинами, а окружающие называли его неким деспотом! Так его называли на пиру у Хаззаков. Это не просто отметины. Это пространственный оттиск, который таит в себе оружие. На Альбарре деспотов называют своеобразными охотниками на демонов.

— Сдаётся мне, что тете Мелисе не понравится подобное определение, — озабочено произнес Фларас. — Она демон как-никак.

— Внешность, аура, руки, поведение… Захар, я правильно понимаю, что с нашим сыном творится что-то необъяснимое и пугающее? — с волнением заметила Прасковья.

— Куня, это мягко сказано, — угрюмо изрёк хранитель Земли, после краткой паузы. — Боюсь, нас ждут тяжелые времена. Очень тяжелые.

Всего на миг, но Зеантар невольно замолчал. Вначале один, после второй, затем третий и по итогу взоры всех присутствующих обратились на князя, а тот в свою очередь с горестным вдохом обратился к единственному, кто понимал Влада лучше всех.

— Бетал, знаю, что это сложно, но вскоре будь готов с ним встретиться.

— Да, мой господин, — уважительно отозвался Каберский. — Я вас понимаю.

— Бать! Ба-а-ать! — вдруг повысил голос Тар и с ошалелым видом указал в сторону великого дома Иан. — Мне кажется, или к нашему младшенькому кто-то вздумал клеиться?..

— Ранкар, а есть ли у вас та, кто дорог вашему сердцу? — вполне спокойно осведомилась Анна, но в её голосе было скрыто столько хитрости и лукавства, что хватило бы на пару сотен суккуб. — И как вы относитесь к тому, чтобы стать моим претендентом на Великой Сотне?

Мириада сраных бед! Этого еще не хватало. Ох, Ярвир, знаю, что в синдикате грешил многим, но неужели я всё еще не расплатился за грехи прошлого?

Не стоит и упоминать, что слова Анны возымели эффект взрыва искры дракона. Знать с ошалелым видом воззрилась на Леонела и Данакта, а те в свою очередь переглянувшись между собой, посмотрели на юную голубокровную. Когда подобные слова звучат из уст какой-нибудь доминантной аристократки — это одно, а когда о таком говорит голубокровная из могущественного дома Аххеса, то ситуация принимает абсолютно иной поворот событий.