Вел Павлов – Эпоха Опустошителя. Том I (страница 17)

— Смертник. Берсеркер. Одолел Хиала, — стал задумчиво анализировать длань услышанное, поднимая серьёзный взгляд на девушку. — Аххесы используют для удержания коллизии лишь низкоранговых преступников. Неужели кто-то просочился из северного пантеона? Странно, такой ресурс должен быть на поле боя, а не в ущельях. Это всё?

— Он не северянин. Я в этом уверен, — вставил свои пять копеек юноша робким голосом. — Специфика силы иная. Такой стиль боя я видел впервые, а уж с норманнами я сражался. К тому же он полностью контролировал себя.

— Мой господин, есть еще кое-что, — чуть тише и сбивчиво заговорила Ласанта, когда пауза затянулась и, переглянувшись с поникшим Хиалом, вновь взглянула на длань. — Этот смертник… Он в свободной форме владел архаикой и говорил только на ней, будто бы насмехался над нами.

От услышанного брови Азаиха взлетели вверх и тот с немым удивлением воззрился вначале на сына, а следом и на Ласанту.

— Такого не может быть, — отрицательно покачал мужчина, криво ухмыляясь, словно услышал хорошую шутку. — Голубокровые не выносят сор из дому, и уж точно они не отправляют своих наследников в коллизии. Если появляется ренегат, отступник или же предатель, то его убивают на месте без суда и следствия, либо сажают под замок в самые глубокие казематы твердыни.

— Я точно слышал архаику, отец! — настоял на своём юноша, делая шаг вперед. — В отличие от послушников, мы с Ласантой знакомы с языком знатных.

После слов сына лицо правой длани выказало сомнения, и он над чем-то стал размышлять, но теперь уже молча. На несколько секунд в комнате повисла могильная тишина, а затем он с подозрением покосился на девушку и нахмурился сильнее.

— Уверены? — насупился Азаих, а затем кивнул на перебинтованную рану в районе бедра. — Его рук дело?

— Да, мой господин, уверены. Но можете не переживать, — поспешила успокоить Ласанта искателя. — Магиня жизни осмотрела меня, а целительницы утверждают, что всё будет в порядке через пару дней. Нужен только отдых. К тому же я успела ранить его нашим харалугом. Скорее всего, он умрёт в мучениях через пару дней.

— Умрёт, говоришь, — загадочно пробасил Азаих, не сводя подозрительно взора с ранения, а затем неторопливо потянулся рукой к ноге девушки.

Ладонь мужчины вдруг вспыхнула мягким голубоватым сиянием и полностью окутала тело Ласанты. В какое-то мгновение синеватая дымка пошла рябью в районе ранения, но тотчас исчезла, вот только данная аномалия не укрылась от внимательных глаз длани.

— Чем именно тебя ранили? — угрюмо вопросил стратилат. — Зелья исцеления приняты?

— Приняты. Какой-то хлам. Обломок ржавого черного меча, — беззаботно пожала плечами воительница. — Не удивлюсь, что он нашел его прямо там и метнул в меня первое, что попалось под руку. Клинок почти сразу затерялся в пылу образовавшегося хаоса, стоило его вынуть. Не стоит переживать.

— Орденский харалуг смертелен, — после недолгого молчания заявил Азаих, медленно поднимаясь на ноги и продолжая с подозрением коситься на рану своей подопечной. — Вы сказали, что он владел архаикой, а значит не так прост, поэтому тебя осмотрит дриада жизни из семьи Урано. Я распоряжусь. Если смертник умрёт, то туда ему и дорога. Меньше проблем для всех. Но о нашей беседе никому не слова. А что касательно тебя, — сурово добавил длань, всем корпусом оборачиваясь к взволнованному сыну. — Как только Анта поправится оба отправитесь в Вавилон.

— Но, отец…

— Ни слова больше! — холодно отчеканил мужчина, глядя на поникшего юношу и неспешно покидая помещение. — Звание ал’сирха останется за тобой, но я осознал, что допустил ошибку. Вам здесь не место. Война за Аделлум вновь разгорается, словно пожар и боюсь, что оставит она после себя лишь море крови и горы трупов на пепелище. Видят небеса, совсем скоро всё изменится и баланс сил в этой непрекращающейся бойне нарушится…

Стоило дверям лазарета тихо захлопнуться, как длань медленно остановился и словно над чем-то задумавшись, тяжело произнес:

— Свяжись с моими женами. Пусть пришлют дриаду… — на мгновение стратилат замешкался, а после отчего-то беспокойно выдохнул. — И, Норон, ты слышал Анту и моего сына. Разузнай обо всём. Архаика не шутки. Сердце мне подсказывает, что приближается какое-то бедствие…