Тата Шах – Изморозь в душе (страница 47)

— Ари ты великолепна. И так чувствительна.

Следующее его действие было противоположным настолько, что заставило меня пообещать, когда-нибудь отомстить ему сполна. Его вторая рука протиснулась под резинку брюк, отодвигая ее медленно. Моей первой реакцией было — попытаться отодрать его конечность, но его ладонь уверенно накрыла мою руку, пытавшуюся остановить его, не давая возмозножности и шелохнуться.

А через пару секунд он уже хозяйничал в моих трусиках. Но и это не продлилось долго. Видимо удовлетворившись своим изысканиям, уже нагло атаковал и пронзал мои глубины. Напористо и быстро, увеличивая темп, насаживая и придерживая ягодицы. Я словно опускалась на качающихся волнах и вновь взлетала от его уверенных действий.

Было странно погрузиться в пучину его страсти и одновременно наблюдать за холодной улыбкой. Нет. Ему все нравилось. На его лице не было ни единой складочки, но какая-то отстраненность, получившего свое мужчины и не вяжущиеся с его удовольствием холодные глаза. Так мы и смотрели друг на друга, изучая и запоминая малейшую реакцию противника.

Толчок, еще один, и он уносит меня за собой к звездам. Прикрыла глаза от исходящего жара его тела. Хоть так получить, недостающего в этом акте, тепла. Он не дал мне насладиться мгновениями нежности. Опустил на холодную столешницу столика и уже стоит рядом, поправляя свою учебную форму.

Ни слова, ни улыбки на прощание. Только внезапно достигшие меня оглушающие звуки медицинского блока. После тишины они слышались, как какофония оркестра. Миг, и за ним захлопнулась дверь. Я простояла в шоке непозволительно долго. Придя в себя, постаралась привести мысли и одежду в порядок. Без зеркала это было трудно, но возможно, и я довольно быстро сумела расправить свою одежду.

Спасибо академии за военный подход в образовании. И я не преувеличиваю. Ранние побудки, ежедневная физическая культура. Несколько предметов по тактике космического боя, стабильные уроки стрельбы и владению различными видами оружия. И это не считая моих факультативов. Сделали свое дело. Я могла собраться не глядя, за считанные секунды. И это оказалось кстати.

В палату заглянул медицинский брат в коротких серых штанишках и курточке такого же цвета. Посмотрела на это чудо. А красиво смотрится академическая форма на накаченном торсе медработника. Зазывно улыбнулась, заверив, что уже ухожу. И повиляла бедрами на выход. Уже у дверей этажа оглянулась, чтобы столкнуться с его взглядом.

— А как же ари?

Уж что он мне хотел сказать? Признаться, что в восторге от меня, и готов пригласить на свидание? Или хотел спросить, какого драха я там делала? Но это озвучить ему было не суждено. Я неслась от него вдаль со скоростью света, подальше от медицинского блока, стремясь как можно быстрей удалиться от места преступления.

Я понимала, что застукали меня по моей же вине. Слишком долго я отходила от шока и очередного страстного взрыва Арума. И слишком долго надеялась, что он вернется, объяснит все. Но напрасно. Больше я такой ошибки не совершу.

Вот, как бы он отбивался от той Милар, в чьем теле я была? Она за оскорбление и пренебрежительное отношение попыталась бы его прикончить. А я встряхнулась и пошла, философски рассуждая "Секс для здоровья полезен". Что ж, раз предлагают такое шикарное тело без обязательств, возьмем и воспользуемся. А чувства затолкаем куда подальше. Этому ледышке неизвестно, что такое любовь. А ведь неспроста нас тянет друг к другу. Вон продержался без меня лишь неделю. Но признавать очевидное, сыну самого ректора, не к лицу.

Думаю, время все расставит по своим местам. Когда-нибудь он попросит прощение за такое оскорбление. И пусть до него дойдет это раньше. Иначе, если дойдет поздно, тогда уже я не приму его чувства.

Наши отношения развивались странно. Он мог подловить меня в самом неожиданном месте. Иногда забывал обо мне на целые недели, а потом вновь появлялся, чтобы на мгновение сделать своей. Нежность только в соитии, безудержном, на грани взрыва. Никаких откровенных разговоров. Лишь иногда проговаривался, что он не может без меня. Зависим. А я могла только отвечать, что не вижу жизни без него. Хоть так, хоть иногда.