София Куликова – Круиз «Рай среди зимы» (страница 5)
Не успели друзья освоиться за столом, как неутомимая пружина подбросила Сёму. Вскочив с рюмкой водки в руке, он провозгласил тост, невольно (а может, и намеренно) привлекая к себе внимание окружающих своими шумными манерами и русской речью:
– Ещё раз за наш таки да грандиозный успех! Хотя ты, «Номер Первый», неплохо порулил, но шоб ты без нас делал?
– Да, куда ж я без вас? За нашу общую победу!
Осушив рюмку, Алекс ощутил, как вместе с обжигающей жидкостью по телу разливается приятное тепло. Впереди почти две недели без забот, обещавшие немало приятных впечатлений. Пора начинать вживаться в непривычное ничегонеделание.
– Созрел новый тост, ― Сёму явно распирало. ― За красиво жить… ― не договорив, он застыл с рюмкой в руке.
– Прошу прощения! Мне придётся Вас побеспокоить.
Просьба, произнесённая по-английски, была обращена к Тимофею, сидевшему спиной к проходу. В проходе между столами метрдотель ресторана толкал перед собой инвалидное кресло с сидевшей в нём немолодой женщиной.
Тимофей с готовностью подвинул свой стул, чтобы освободить проход.
С вымученной улыбкой женщина извинилась за причинённое беспокойство, и каталка двинулась дальше. Хотя печать глубокого уныния на её лице резко контрастировала с всеобщим благостным настроением, не она привлекла внимание сидящих за столом, а появившаяся из-за спины метрдотеля действительно странная особа.
– Ух, ты! Тут, оказывается, привидения водятся! ― бесцеремонный Паша сделал «круглые глаза».
– Ой-вэй, где мой фотоаппарат?! ― приглушённо простонал Сёма, закатывая глаза, хотя его неразлучная камера лежала перед ним на столе.
Алексу неловко было поворачиваться, чтобы посмотреть, что вызвало столь экспрессивную реакцию товарищей. Только когда мини-процессия проследовала дальше, ему удалось оценить, правда, уже со спины, фигуру в бесформенном балахоне непонятного блекло-серого, будто вылинявшего, как старое тряпьё, цвета. Скрещённые на груди руки; зажатые, будто придавленные невидимым грузом плечи; скованные движения и понуренная голова, покрытая не то шарфом, не то капюшоном, ― и впрямь, что-то среднее между привидением из дешёвого фильма-страшилки и монахом-инквизитором, сопровождающим в мрачные застенки очередную замученную пытками жертву.
Кое-кто, из сидящих за соседними столиками, с таким же неприкрытым интересом провожал взглядом процессию, от которой веяло вязким унынием. Встреться с подобными экземплярами где-нибудь в другом месте, на них, скорее всего, никто не обратил бы внимания. Но здесь, в атмосфере праздности, на фоне наслаждающихся жизнью нарядных пассажиров, обе дамы выглядели чем-то абсолютно инородным.
Странная процессия, будто с усилием раздвигая перед собой воздух, который застывал по обе стороны от них глухой стеной отчуждения и отторжения, проследовала к двухместному столику возле окна.
– Фу ты, прям, холодом обдало! ― Паша театрально поёжился.
– Мальчик мой, ― назидательным тоном обратился Сёма к Паше, ― вообще-то, это ― не комильфо так непосредственно переживать лицом. Хотя сейчас я тебя таки понимаю!
– Вы это о чём? ― только простак Олег, всецело занятый содержимым тарелки, ничего не понял из происходящего.
– Ну, вот, Шкафик, ты таки всё проел! Я тут делаю тост за красивую жизнь, и вдруг этот «кошмар с улицы Вязов»! Мы шо-то пропустили ― сегодня на судне карнавал? Хотел бы я посмотреть, шоб кому-то пришло в голову прогуляться в таком виде по Дерибасовской! Я оскорблён в своих эстетических чувствах! Даже аппетит испортился!
Это, правда, не помешало Сёме отправить в рот очередной кусок балыка.
– Так я так и не понял, вы с нами в бар идёте? Или как? ― Сёма, как всегда, без всякого перехода переключился на волновавшую его тему, обращаясь к Алексу и Тимофею.
– Все идут? ― спросил Алекс.
– Я пас, ― отозвался Олег. ― Я человек солидный, женатый. Да и отдохну немного от нашего неугомонного Папарацци.
Сёма попробовал обидеться:
– Здрасьте вам! Я тут, можно сказать, из штанов выпрыгиваю, шоб сделать всем этим халамидникам хорошо жить, а шо мне в ответ? А мне в ответ ― чёрная неблагодарность! Раз так, можете обходиться без Сёмы!