София Куликова – Круиз «Рай среди зимы» (страница 30)
– Ну, вот, ― воскликнул Алекс, ― чем Вам не знамение?! Виктория… Бедный отшельник покидает суетный мир, чтобы слиться со звёздами, и тут ему встречается окутанное тайной создание и произносит: «Виктория». А есть ли слово более сладкое для гонщика, чем «виктория» ― «победа»?! Ну, как не усмотреть в этом знак?! Погодите! Наше судно ведь ― «Коста Виктория»! Как же я сразу-то не догадался?! Вы ― дух, материализация души этого судна! Потому-то простым смертным и не дано узреть Ваше лицо…
При этих словах девушка заметно напряглась. Алекс, который всё это время внимательно наблюдал за ней, понял, что перегнул.
– И всё-таки мне больше по душе версия с победой. Постойте-ка, тут ещё кое-что! Вы ― Победа, а мое полное имя ― Александр. Переводится как «победитель». И Вы хотите сказать, что это ― не знак: «Победа» и «Победитель»?! Так что Ваш уход означал бы одно: Победителя лишают главного ― шансов на Победу. В таком случае, его жизнь отныне теряет всякий смысл. ― Алекс вдруг почувствовал себя озорным мальчишкой. ― И тогда его бесславный и трагический конец будет целиком на Вашей совести! Кстати, держите Вашу сумку.
Сунув ей в руки сумку, он сделал вид, что пытается перегнуться через борт, даже закинул на перила ногу. Ещё мгновение, и он бы повис над бездной.
Девушка вскрикнула и вцепилась в рукав его рубашки.
– Я должен расценивать это, как капитуляцию, ― Вы решили остаться?
– Никогда, никогда не шутите так! ― в голосе её звенели слёзы.
– Ну, что Вы! Я вовсе не хотел снова Вас напугать, ― сразу же посерьёзнев, спохватился Алекс. ― Простите, действительно, дурацкая вышла шутка.
Он накрыл ладонью её руку, машинально продолжавшую сжимать его рукав. Рука была очень холодной.
Резко, будто обжёгшись, девушка выдернула руку и направилась к двери, так же стремительно, как и в прошлый раз.
Алекс смотрел на свою ладонь, ещё хранившую ощущение от прикосновения к ладони, маленькой и холодной, пытаясь понять, что это сейчас было…
Он снова облокотился на перила. Закурил.
Далеко внизу бурлила, убегая из-под кормы, белая пенистая дорожка. Вопреки законам перспективы, дорожка не сужалась к горизонту, а наоборот расширялась, создавая иллюзию нарушения привычного устройства пространства.
Откуда-то сверху доносились отдалённые отголоски музыки.
Алекс поднял взгляд вверх. Отсюда чернота неба с мерцающими точками далёких светил казалась бархатной.
Вот она ― черта, чётко разделяющая мир надвое. Там, за бортом, непроглядная беспредельность спящей Вселенной, с её могучими природными стихиями и мириадами небесных сфер. Здесь же ― кипучая рукотворная вселенная, воплотившая в себе все достижения и блага цивилизации, порождённые человеческой фантазией. Но, если вдуматься, ― микроскопическая пылинка в пугающем своей необъятностью мироздании, впрочем, ничуть не комплексующая по этому поводу.
И он посредине ― на границе между мирами. Совершенно один…
Ветер приятно обдувал лицо, оставляя на губах солоноватый привкус океана.
Мысли вернулись к загадочной девушке по имени Виктория: «Может, и она думала как раз о том же, когда стояла здесь в одиночестве?»
Поддавшись невольному порыву, он выпрямился и раскинул в стороны руки.
– Фу ты, чёрт! И этот туда же! ― швырнув окурок за борт, Алекс быстрым шагом покинул палубу.
Он шёл по бесконечному коридору с бесчисленными одинаковыми прямоугольниками дверей, и с каждым шагом рассеивалось наваждение бархатной ночи, оставшейся где-то там, за спиной. Было ли всё это на самом деле: странная нелюдимая девушка-призрак, исчезнувшая где-то в недрах огромного судна, и их не менее странный диалог, да и сам факт того, что он, неизвестно как и зачем, очутился на той палубе?
Бесшумный стеклянный лифт, создававший иллюзию парения в океане огней, заскользил вниз, перенося его в привычный суматошный мир, в котором ждали его друзья и красавица-подруга, о которых он, честно говоря, начисто забыл…
К тому времени, когда Алекс вернулся в «Рок-стар», ряды их несколько поредели.
Не видно было Жеки и Инес.
Паша с Марией нежно ворковали в сторонке.
В центре танцпола под заводной хит Араша «Боро-Боро» Сёма с Лили выделывали такие замысловатые па, что смотреть на всё это без улыбки было невозможно.