София Куликова – Круиз «Рай среди зимы» (страница 27)

Сказать, что Алекс был удивлён ― ничего не сказать. Он узнавал Линду с новой, неожиданной стороны.

– В ночном клубе мне намекали, что с моей внешностью я могла бы иметь гораздо больше. Я, конечно, не ханжа, но с полученным дома воспитанием я была не готова так вот сходу на это решиться. Был ещё вариант попробовать себя в роли стриптизёрши. Или искать богатого покровителя. Вот только с этим мне не везло. Всё больше козлы попадались…

Об этих страницах своей жизни Линда распространяться не стала. Алекс из деликатности не настаивал.

– Мне повезло ― нашла место официантки в приличном караоке-баре. Тут и публика посолидней, и зарплата повыше. Работать приходилась иногда ночь напролёт. Я раньше никогда в караоке не пела, но в детстве пела в школьном хоре. Как-то после работы, когда клиенты разошлись, взяла микрофон, спела пару хитов. Менеджер услышал и предложил попробовать себя на подменах бэк-вокалистки. Я рискнула. Получилось. У меня даже появились «свои клиенты», приходившие попеть именно со мной. Чаевые давали неплохие. Бывали и конфликты, особенно, когда у их спутниц случались приступы ревности. А потом на руки мне свалилась Лили. Устроила её в наш бар посудомойкой. Временно, конечно, пока не освободится место официантки. Тут как раз одна знакомая пообещала похлопотать, чтобы Лили взяли помощником продавца в магазин женского белья. Так она мне: «Не желаю всю жизнь подносы таскать и угождать старухам с обвисшими сиськами!» И заявляет, что мечтает стать стриптизёршей. Призналась даже, что дома втихаря упражняется в стрип-дансе с помощью видео.

Линда вздохнула и достала из пачки новую сигарету.

– Я понимаю, что особых талантов, кроме хорошенькой мордашки и фигуры, у Лили нет. А потому «карьера» стрип-гёрл представляется ей пределом мечтаний. В своих фантазиях она, конечно же, видит себя в каком-нибудь элитном клубе в окружении восторженных поклонников. Глупышка…

В этот момент Алексу показалось, что голос её дрогнул.

– Когда подвернулась работа в «Коста Круизы», главной проблемой стала Лили ― я боялась оставить сестрёнку надолго без присмотра. Поговорила с арт-менеджером ― не найдётся ли для неё на судне какой-нибудь работы? И вдруг он предлагает: «Если хочешь, можешь взять её разок за свой счёт. Я договорюсь о хорошей скидке. Правда, не больше, чем на неделю. Место, сама понимаешь, в самой дешёвой каюте ― внутренней четырёхместной без окна. Буду вычитать из твоего гонорара. И учти, я делаю это исключительно по доброте душевной. Есть в тебе какая-то чертовщинка. А такие мне нравятся!»

Видя, как напрягся Алекс, Линда улыбнулась:

– Мне это ничем не грозило ― он гей.

Линда глубоко затянулась сигаретой.

– Я согласилась. Это, конечно, очень большая сумма. Но мне жалко Лили ― что она видела в жизни? Впрочем, как и я. Взяла с неё слово, что после круиза она без возражений идёт работать в магазин.

Слушая рассказ Линды, Алекс узнавал её совершенно с иной стороны ― не роскошную, уверенную в своей неотразимости диву, а человека, пробивающего себе дорогу сквозь тернии жизни, а ещё любящую заботливую сестру.

Воистину мудрецом был тот, кто первым сказал, что только самонадеянный глупец может думать, что он знает женщину. Женщина ― вечная загадка. Стоит тебе подумать, что ты постиг её сущность, а она уже повернулась к тебе новой своей гранью…

– Знаешь, когда Лили вчера сообщила, что познакомилась с русскими, я была заинтригована. Мне ещё не доводилось близко общаться с русскими. Было жутко интересно, какие вы на самом деле? ― После небольшой паузы Линда добавила, ― через три дня в Малаге Лили сходит на берег. Она вернётся домой в Брайтон. А я в Неаполе пересаживаюсь на другой лайнер. Ничего не поделаешь ― ротация, ― говоря это, Линда с грустью посмотрела на Алекса, видимо, ожидая его реакции.

Алекс притянул её к себе, нежно обнял, прильнул к сочным ненакрашенным губам долгим поцелуем. Ему трудно было представить, что скоро вот так всё вдруг оборвётся, как сладкий сон, который не может длиться вечно.

…Алекс вновь взглянул на танцующих. Партнёр Линды прижимал её к себе, что-то нашёптывая на ухо. Откинув голову назад и полуприкрыв глаза, Линда томно улыбалась, чуть выпятив чувственные алые губы.