Ольга Гороховская – Невидимый город (страница 27)

– Что случилось? – заволновались ребята.

– С сердцем плохо? – предположила Даша.

Ярослав встревоженно смотрел на старика, затем схватил его за запястье, нащупал пульс.

– Апчхи! – чихнул дед.

Ребята дружно засмеялись.

– Эка проняло. – Улыбаясь, он вытер нос. – Ну, а далее земля под ногами задрожала, поднялся ветер, вокруг все закружилось, в глазах потемнело. И все. – Рубанул ладонью по воздуху.

– Что «все»? – спросил Сеня, не дождавшись, пока тот прервет свое затянувшееся молчание.

– Сознание потерял. – Дед Гриша улыбнулся. С момента, как чихнул, рассказ его пошел с веселой интонацией. Глаза лукаво улыбались без прежней напряженности. – Очнулся на берегу озера. Смотрю, стоит надо мной мужик бородатый, стражник оказался. Вопросы позадавал да к князю повел, все как с вами. Только тогда княжил еще дед Владимира. Так я и остался здесь жить.

– А выбраться не хотели? – прищурив глаза, спросил Ярослав.

– Хотел, почему же не хотел. – Старик крякнул и, опираясь рукой о стену дома, медленно встал. – Хотел. Поначалу лет десять искал разные пути. К любимой рвался, а нет дороги назад, нету. За озером леса непролазные, топи, болота да деревья. И кольцо гор.

– Вы когда пропали? При царе Горохе? – спросил Сеня, глядя на деда снизу вверх.

– Почему при Горохе?

– Да это я так, условно, – махнул рукой Арсений, – давно, в общем, пропали. Технологии-то продвинулись вперед. Родители поднимут на уши МЧС, те пригонят вертолет и найдут нас. С высоты-то как на ладони все видать.

– Ага, – согласился дед. – Умный ты, хоть и малой.

Арсений самодовольно улыбался, а Ярик переводил взгляд с одного на другого, догадываясь, что старик припас козырь.

– А как же мы, по-твоему, столько лет здесь жили? Две войны пережили, с самолетами уже. Ни гитлеровцы на нас бомбы не кидали, ни наши не защищали.

Сеня призадумался.

– Может, нужды не было. – Он пожал плечами.

– А может, мы просто невидимы для мира? – подмигивая и победоносно глядя на подростка, сказал дед Гриша.

– Невидимы? Мы что, разве умерли? – спросила Даша.

– Тоже скажешь, – засмеялась Явдоха и больно ущипнула Дашу за руку.

– Ай, – взвизгнула та, – что ты делаешь?

– Доказываю, что живая, – засмеялась девочка.

– Я историю рассказал не для того, чтобы напугать, – сказал серьезным и даже чуть грустным голосом дед, – а чтобы быстрее вы смирились. Я ведь помню, как поначалу душу себе рвал. В болоте топ, с горы падал, руки-ноги ломал, все надеялся, что вот-вот найду выход.

– Смирились? – спросил, пристально глядя ему в глаза, Ярослав.

– А куда деваться? Потом и любимая жена встретилась, и дети народились. Живу, не бедствуя, горя не знаю. А уж моих родных и в живых, наверное, нет. Если в войну не погибли, так по возрасту уже их нет. – Правая бровь его приподнялась, глаза смотрели сухо и остро. – Князю вот помогаю. – Улыбнувшись краешком губ, дед развел руками. Потом, видимо, вспомнив о князе, посвистывая, направился к сараю.

– А что если он прав? – Сеня ткнул подбородком в спину уходившего старика.

– М-да, – Ярослав причмокнул, – поищем плюсы, зато в школу не придется ходить. У вас ведь нет школы? – спросил у Явдохи.

– Есть, – ответила та.

– Облом, – Ярик вновь причмокнул. – Значит, плюсов нет.