Максим Волжский – Трилогия «Планета свиней» (страница 38)
***
Машина прибыла на скотобойню ровно в два часа ночи. Час ушёл на загрузку. В три с четвертью гружёный рефрижератор проехал последний блокпост пограничников в обратном направлении.
За рулём сидел опытный водитель. Ему немного за пятьдесят. Он не первый год снабжал сибирского князя мясом. Водителя звали Геннадий Сыроежкин.
– Алдан мне отчего-то не понравился, – поёжилась женщина. – Какой-то он жуткий. Никакой вольницы я не заметила. Всюду вонь, гадкие мухи, грязь и бешеные глаза. Вы видели, Геннадий, какой взгляд у волка на выезде из мясокомбината? Он ведь совсем дикий.
– Вы про охранника Кормового, что ли? – улыбнулся водила. – А как иначе? Ну да… это серьёзный зверь. У такого каждая косточка на счету. Он враз руку откусит – попытайся его обмануть.
Мария Борисовна снова почувствовала неудобство. Ей вспомнился пятиклассник из 47-й свиношколы. Наверное, он тоже думал, что на раз-два запугает учительницу. Но не вышло. Теперь благодаря глупому поступку кабанчика у неё началась новая жизнь. Спасибо тебе, пятиклассник Чиж. Пусть земля тебе будет пухом.
– Но люди волков не обманывают, так ведь Геннадий?
Водила крутил баранку и улыбался. Неужели она так наивна? Спрашивает азбучные истины, словно дитя неразумное.
– Не зверей бояться нужно, а людей, – благодушно сообщил Геннадий. – Я в прошлом го́де по весне ехал из Алдана, так всего в ста кило́метрах от столицы на меня напали…
– Да что вы говорите?
– Вот тебе и что! Стоят двое в форме с пистолетами в кобуре, будто полиция из людей. Но я знаю, что никогда не бывает в том месте патрулей, ну и жму на педаль прямо в коврик. Раздавил бы гадов, честное слово…
– А они куда? В кусты убежали?
– Ага, сейчас!.. они за мной гнаться стали… Место глухое, связи нет, вызвать подмогу невозможно. Я, значится, выжимаю все соки из движка, а экспедитор Семён Семёнович, да вы его не знаете, между прочим, классный мужик со своими взглядами на мир… ну так вот: он ружьё схватил, в бойницу просунул и как начал палить.
– Ужас какой-то! – вжалась в кресло Мария Борисовна. – А дальше что было?
– Да ничего. Кабина у нас бронированная, стёкла крепче стали, и машина, прямо сказать, мощная. Не взять нас без боя. Если только врасплох. Но мы-то не спим. Бандиты увидели, что стреляем и отвалили. А то повадились за свежатинкой охотиться. Вот тебе и люди… Не святые мы… не святые…
Женщина несколько минут молчала, обдумывая опасность новой профессии. Она обвела глазами кабину. Заметив два ружья и огромный ППШ, прикреплённый к потолку – немного успокоилась.
– Не переживайте вы так. Я уже седьмой год у штурвала и ничего… живой… – утешил Геннадий.
Мария Борисовна улыбнулась. Хороший у неё напарник – опытный, добрый и симпатичный. Интересно, кого он убил в прошлой жизни и сколько мяса съел после наказания? У тех, кто на свежатине здоровье ого-го! По мужской линии равных им нет. Ей по секрету подружка рассказывала про одного военного. Так там такое творилось – обзавидовалась прямо!
– Устала я что-то, – прикрывая ладошкой рот, зевнула Мария Борисовна.
– Знамо дело, так всегда с непривычки, – пожалел её Геннадий. – Забирайтесь назад, за кресла. Там уютно. Поспите пару часиков. Я разбужу, как подъезжать будем.
***
У сибирского князя Витольда была маленькая слабость: он страсть как любил творожную запеканку. Причём не обычную, а именно с брусничной заправкой (вместо сахара дворцовые повара добавляли к творогу перетёртую ягоду и брусничный сироп). И всё было бы просто в той истории, но князь предпочитал джемы и сиропы, сваренные только из ягоды, собранной на «Радиухе». Так называлась гора в окрестностях Алдана – там ещё факел железный на вершине и надпись ниже факела, сколоченная из белых досок: «Наша цель промискуитет», – написано на той горе. Говорят, что придумал лозунг человек князя Дмитрия – отца нынешнего князя Витольда. Что значит последнее слово – из антропоморфов не знал никто, но цель, обозначенную на горе, каждый гибрид исполнял исправно и с удовольствием.
Так вот – раз в неделю вместе со свежим мясом ко двору доставляли полную коробку сладостей. В деревянном ящике было до полусотни бутылочек сиропа и столько же баночек с джемом. В последний раз загрузили два деревянных короба. В одном, как и прежде находился брусничный продукт, а во втором – прятался Шмаль со своим другом Барсом.