Максим Волжский – Трилогия «Планета свиней» (страница 23)
– Да пришли уже, – сказал Зура. – Поднимайтесь, бродяги, на второй этаж. Шеф вас накормит. Будет вам и колбаска, и сосиска, и молочко.
– Напугал кота сметаной, – зашипел Шмаль. – Я ведь дикий, когда голодный. Мне что с тигром в клетке чалиться, что с Бучем базякать.
Но чёрный кот был слишком самоуверен, что могло отразиться на его здоровье.
Его друг и владелец кабака «Молоко», господин Абрамяу – вёл бизнес на широкую лапу. Персидскому коту принадлежали кабак, пяток магазинов искусственного мяса, три супермаркета, торгующих замороженной рыбой; был ещё ювелирный интерес, консервный цех и ателье модной одежды. Но одно дельце, о котором Абрамяу не распространялся никогда, стоило всего легального бизнеса вместе взятого. Всё дело в том, что он выполнял посреднические функции по поставке баранины и свинины ко двору князя Витольда. Каждую неделю тушки животных переправлялись на фронтовых рефрижераторах из Алдана в Якутск, – и ни одна живая душа не знала, что находится внутри этих машин.
Абрамяу работал давно с вольными алданцами, но больше других, доверял гибридной росомахе, по имени Буч. А росомаха, соответственно, доверял – персидскому коту.
В кабинете Буча полумрак. Коты плохо видели в темноте, к тому же слепили две лампы в торшере, стоящие за спиной росомахи. Этот кабинет, как и весь четырёхэтажный дом, когда-то принадлежал человеческой администрации города.
Буч сидел за массивным столом, обтянутым тёмно-зелёной тканью. В кабинете стоял ещё диван и книжный шкаф, где вместо книг пылились драгоценные и полудрагоценные камни.
– Как добрались, парни? – поинтересовался Буч, не вставая со стула с громоздкой спинкой.
Он кивнул Гоче и Зуре, чтобы те остались в кабинете.
– Нам по крови завещано скитаться. Мне, что бешеному псу – сто вёрст не крюк, – ответил Шмаль.
Чёрный облюбовал себе местечко на диване и развалился там. С дивана росомаху совсем не видно, зато хорошо слышно. Шмаль не пялиться сюда пришёл, а дела пацанские решать.
Рыжий скромно присел рядом. Его восторг заметно угас.
– Что ты хотел, Шмаль? Зачем навестил меня? – задал вопрос Буч, доставая из коробки толстую сигару. Это был контрабандный товар: дорогое и недоступное рядовым парням удовольствие.
Чёрный пошарил по кармашкам, извлёк тоненький напильник и, сняв ботинок, стал бесцеремонно точить когти, демонстрируя независимость и несговорчивый нрав.
– Чувиху свою ищу, земеля. Сорока на хвосте принесла, что удерживают её в золотом городе. Кошмарят её какие-то уроды… Найду – накажу. Уродов в смысле.
– Ну да, ну да… А что за женщина, могу я узнать? Кто она тебе? – осторожно спросил Буч, выйдя из темноты.
Он был довольно крупный и невероятно сильный. Росомахи, как и другие куньи редко носили штаны, выпячивая напоказ свои хвосты. Буч любил выглядеть дерзко и стильно. На нём чёрная сорочка с короткими рукавами, на запястьях золотые браслеты и часы на обеих лапах. На шее гроздью висели цепи – тоже золотые. Если Буч улыбался, то завораживал всех и каждого. В правый его клык был вживлён бриллиант. Кристалл ярко поблёскивал даже в свете всего двух маленьких лампочек за его спиной.
– Её зовут Мура. Это самая красивая кошка на земле. Если я прошу помощи у тебя, как думаешь, насколько она дорога мне? – ответил чёрный кот.
Шмаль спрятал напильник в кармашек, быстро напялил ботинок и встал с дивана.
Оправив майку, рядом пристроился Барс. Потому что рыжий ни за что не оставит друга в беде, а скорее умрёт за него.
Волки сложили лапы на груди, поближе к кобурам с пистолетами в подмышке. Даже если они успеют выхватить стволы и откроют стрельбу, то вряд ли сумеют попасть в шустрых гостей. Но если у котов из оружия только напильник, то и бояться нечего.
– Я понял тебя, черныш, – сделал шаг назад Буч и присел на стол. – Буду честен с тобой. Тут дело такое… Если хочешь вернуть свою кошку, ты должен совершить один подвиг.
– Ты во мне патриота нашёл, что ли? Может быть, ещё в паре на фронт рванём? Будем свиней валить да города грабить, – скривил морду Шмаль.
Буч знал, что придётся непросто, потому терпел скверный характер кота.