Максим Волжский – Третья империя. Пляж 7943 (страница 3)
Дрова я собираю на берегу и на границе с лесом. Сухого дерева здесь много. Но в лес не захожу. Из джунглей нескончаемо слышны крики обезьян, вопли птиц и рык зверя. Пока это пространство мне недоступно.
Ещё я с опаской смотрю на небо. Ну не может быть такого, чтобы в тропиках не было дождя. А если ливанёт, то где скрываться от воды? Прятаться от дождя мне негде. Или придётся строить хижину, или сдохнуть. Я выбираю жизнь. Значит, лучше, чтобы мой дом находился под кронами деревьев.
Вообще, страхов здесь хватает. И постоянно думается о еде.
Муравьи — это бесконечное нашествие и моё спасение. Я зажарил уже сотни мурашей. Белка там немного, но хрустят они знатно.
Я пью воду из реки и жутко боюсь подхватить какую-нибудь заразу. В идеале нужно найти чистый ручей, но как всё успеть? И о безопасности забывать нельзя. Потому ночью разжигаю три внушительных костра и каждые полчаса подкидываю заранее приготовленные дрова.
Врагов у меня предостаточно. Видел с десяток шакалов, двух львиц и длинную змею. Полагаю, что это местная анаконда. Хорошо, что она тоже шарахается огня.
Я встретил гадину горящей корягой. Змий насторожился, приподнял свою голову, потом развернулся и сдал назад по своим змеиным делам.
Честно сказать, я здорово устал. У меня прокачиваются навыки выживания, но усталость...
И всё-таки стараюсь рассуждать здраво.
Первое — это не планета Земля.
Второе — если бы я умер, то многое объяснялось само собой... Но если всё-таки я мёртв, то непонятно, почему остаюсь в прежнем теле и зачем меня починили? Я ведь был разбит вдребезги.
Получается, что всё-таки я живой, и меня подлечили и перевезли на другую планету. Но для чего? И почему меня одного? С чего вдруг такая честь? Возможно, на мне ставят эксперимент, наблюдают, как я бегаю по песку; что-то вроде шоу «Придурок в Африке»... Однако мне в это не верится.
Но я точно знаю, что скоро спустится темнота, и потому надо позаботиться о спасительных кострах...
Где-то слышал, что при перелёте через океан птица спит по очереди разными полушариями. Вот также сплю и я последние ночи. Но я не птица. Мне тяжело даётся караул.
Не знаю, привыкну ли я — сумею ли адаптироваться? И какой смысл в такой жизни? Мне нечего охранять, кроме своей жизни. У меня ничего нет, кроме трусов, в которых я утонул в Чёрном море. Я голодранец на белом песке, на которого пускают слюни животные.
Одному здесь долго не протянуть. Потому завтра не стану делать стрелы, а попытаюсь забраться на скалу.
Примерно на уровне четвёртого этажа я заметил открытый слой известняка. И если я добуду кусок, то смогу написать на скале послание для тех, кто меня сюда притащил. Я потребую себе напарника и, например, ружьё с двумя сотнями патронов.
***
Ужин не пошёл на пользу. Я набил желудок жёстким мясом без соли... Меня неумолимо клонило ко сну. Хотелось рухнуть на песок и отрубиться, чтобы навсегда забыть этот кошмар...
Мне только нужно накидать в костры побольше увесистых коряг, которые будут прогорать долго-долго, — а потом прилечь. Я знаю, что сон не будет сладким, но мне нужен отдых...
Уже стемнело.
Лес сверкает глазами хищников, издавая пугающий рык и нетерпеливое поскуливание. Все ждут, когда я свалюсь: и шакалы, и пауки, и эта чёртова сороконожка.
Там, в тени деревьев, собралась жуткая компания. Они будто все сговорились и перестали враждовать между собой, лишь бы добраться до моей задницы. Для зверя я экзотическое блюдо — и Вовка Краснов будет сожран без специй, лука и морковки!
От мысли, что мной можно поужинать, я вздрагиваю и повторяю как заклинание:
— Хрен вы меня возьмёте! Я в глотке застряну!
Снова встаю и перекладываю дрова, чтобы пережить ночь.
И опять эти чёртовы муравьи! Ну до чего же любопытные создания!
Трое разведчиков всё-таки осмелились и перешли незримую черту, пробравшись в мой круг, где я скрывался от неприветливой планеты. Я задремал, а когда открыл глаза, то увидел, что двое шпионов забрались под сухой хворост, а третий изучает мой большой палец на ноге, прикусывая ноготь своими уродливыми челюстями.
Я схватил палку и врезал по муравью!