Максим Волжский – Планета свиней (страница 79)

— В Алдан направляемся? — спросил Яша у Одноглазова.

— Как и обещал, — ответил Елисей.

— Понятно, — поправил ворот тулупа из мехозаменителя Караваев. — А как ты шифровки разгадал? Подглядывал за нами?

— Не без этого, — улыбнулся Одноглазов. — Работа такая. Всё шпионю и шпионю.

— На кого работаете? — поинтересовался Роберт Варакин.

— На Москву, — просто ответил разведчик.

Московский шпион просочился в Сибирь ещё одиннадцать лет назад. Легенда была прозаична. Сам он из Омска, родители погибли, остался сиротой. Затем три курса в Тындинском военном училище, а по окончании распределение в Якутск. Проявив себя при дворе князя, Елисей быстро продвигался по карьерной лестнице. Дослужился до главы охраны. Когда пришло время, организовал бунт, чтобы выкрасть императора Варакина. Никакой отсебятины. Ничего он не выдумывал, лишь чётко выполнял приказы из центра, то есть из Москвы.

— Сначала в Алдан, а дальше дорога до Сковородино открыта. А там, на поезд и прямо в столицу, — посвятил в перипетии будущих событий Одноглазов. — Для вас я сюрприз приготовил, но шкуры пропали. Иначе поместили бы вас Роберт и вас Яша — в костюмы тигров-снайперов. Удобная доложу вам штука. Но вышло как вышло. Зато боевой комплект брони сибирского спецназа при мне.

Елисей постучал по крышке деревянного ящика, в котором лежала броня и лазерный ствол. Конечно, подобное оборудованье для военного человека имеется и в Москве, но всегда приятно умыкнуть, что-то полезное из секретов соседней державы. Промышленный шпионаж никто не отменял даже в двадцать втором веке.

— Хоть бы одним глазком взглянуть на живого тигра. Но всё-таки мне больше нравятся дальневосточные леопарды, — подмигнул Одноглазову Яша.

— Не самая лучшая идея искать встречи с гибридным убийцей. Очень опасный вид, — серьёзно сказал Елисей и покосился на Шалайю. — Нам бы со своими проблемами разобраться. Операция БАМ-3 была на грани провала. Некоторые агенты ведут себя безответственно.

Свиноматка работала на Одноглазова два года. Он завербовал её во дворце, когда князь вручал медаль «матери-героини» — прижучив за банальное воровство. Дама смела со стола десяток вилок, ошибочно решив, что они золотые; спёрла целую вазу фруктов и тазик салата «оливье». Всё добро она вывалила в свою безразмерную сумку и решила, что никто ничего не заметит.

Звание «матери-героини» открывало немало тайных дверей. Шалайя почётный гость на многих торжественных мероприятиях, проходящих во дворце. Её приглашали на правительственные собрания, чтобы показать по телевизору, как женщину из народа — из самых его низов. Такой агент невероятно эффективен. К тому же Шалайя оказалась с характером и амбициями. В роли вершительницы судеб она с удовольствием выполняла кровавые приказы Одноглазова, встречаясь с самыми отпетыми убийцами.

— Я сделала всё, как велели. Что смогла, — Шалайя негромко хрюкнула и потёрлась ухом о щетинистое рыло лейтенанта Сашки.

— Она тоже шпион Москвы? — удивился Роберт.

— Выражение, у «Москвы длинные лапы», вполне соответствует обширной агентурной сети, внедрённой нами в Стране Сибирь. Наши возможности ограничены, но весьма действенны, чтобы продвигать свои интересы.

Варакин неоднократно бывал в бывшей столице огромного государства. Он любил бурлящий суетой мегаполис. У него в Москве было много друзей. Принять реальность, что Якутск сражается с Красноярском, с Южно-Сахалинском и Москвой — невероятно сложно, но таковы правила современного мира.

Роберт разглядывал Шалайю. Во дворце он видел свиней-охранников, но никогда не общался с ним. Гигантские кабаны, которые ходят на задних лапах, а в одежде подражают людям — едут сейчас с ним в одном фургоне, — и разговаривают на русском языке. Да кто бы мог подумать?

Поражают кабаны. Удивляют волки, играющие в карты, словно пацаны из подворотни. Но ведь они волки! С мехом, зубами, когтями и торчащими ушами. У зверя мокрый нос, хищный взгляд. Гибрид спорит и отстаивает своё право, точно как человек. Чтобы осознать происходящее, потребуется не одна неделя.

— Сложно быть шпионом? — спросил Роберт.

— Всё просто, когда в сердце любовь, — вздохнула Шалайя, вспоминая свои подвиги, и её голос стал холоден и строг. — Всего рассказать не могу, потому что секретность высшего уровня. Сначала нам мешал воевода Репо. Глупый, нерешительный импотент, а не вождь. Пришлось убрать с помощью снайпера. Сложно было контактировать с наёмниками. Подсобил тигр — имя не называю, тоже секрет. Потом через блатных нашёлся чистильщик, чтобы замести следы. Гибридный рысь Тихон убил снайпера на перекрёстке и спокойно ушёл по крышам из центра. Железный малый. Кабанам бы таких бойцов. Так достался первый комплект шкуры. Второго тигра Тихон застрелил в кабаке. Всё получилось неидеально, потому что вмешался Ахлес — это сынок генерала Щербы. Но вышло даже лучше, чем планировалось. Ахлес теперь беглец в роли подозреваемого, а Щерба труп с дыркой во лбу. Вон тот чёрный его и убил, — свиноматка показала толстым пальцем на волка.