Максим Волжский – Планета свиней. Часть 1 (страница 5)
В полуподвальных кругах Шмаль слыл котом авторитетным, трижды сидевшим в спецлагере двухразового питания и трижды оттуда сбежавшим. Его разыскивала волчья полиция, потому что это дело чести поймать беглеца и пройдоху. С ним желали встречи свиньи, которых в том го́де он облапошил на армейских сборах, выменяв ящик дешёвого бисера на вагон знаменитого «Нерюнгринского» пива. Его даже не жаловали некоторые из людей, хотя бывшие хозяева земли продолжали с трепетом относиться к домашним котикам, представляя их всё такими же добрыми, ласковыми и пушистыми, только заметно подросшими.
– Скоро, братка… – щурился Шмаль. – Ещё пять сек, и школа опустеет. Затем быстро прошмыгнём в книгобанк – и привет прокурору.
– Ах да, мы ведь библиотеку грабим. Но ведь там замок? – будто обрадовался проблеме рыжий кот. – Босс, ты дверь-то сможешь открыть? Или ну её, эту библиотеку? Может, домой пойдём?
– Ты не дрейфь, рыжий, у меня вездеход ко всем замочкам в этом кабаньем стойле, – сверкнул сломанным клыком авторитетный кот, вытащив из кармана магнитную карту-ключ. – Универсальная, мать её! Приложил к пищалке и заходи куда вздумается – хоть в медицинский кабинет, хоть на крест за спиртягой.
Барс перевернулся на спину, зевнул и выпустил острые когти. Он внимательно осмотрел их и стал вдумчиво, не торопясь вылизывать лапу.
– А когда ты найдёшь картинку с твоим дедушкой, и мы выберемся из школы, ты возьмёшь меня с собой в далёкую Страну Крым?
– Тысячу раз уже базарил, что вместе попрём, – шикнул Шмаль.
Барс на мгновение замер, оценивая обещание друга, уехать далеко-далеко к рыбкам, к ласковому солнышку, где золотые самородки сами запрыгивают в мошну, и никто не мешает котам весело прожигать отпущенный век.
– Это хорошо, что вместе поедём, – замурчал рыжий. – Хочу я под пальму лечь и валяться весь день. А знаешь, столько там вкусной рыбы? А рыбы там много, потому что в Стране Крым есть море, представляешь? Огромное, солёное море. А ещё я где-то читал, что в Стране Крым нет волков. Там есть дельфины, морские свинки, но волков нет. Как ты думаешь, это правда?
– Откеля на пляже волки, зёма? Тама только собачонки… и те – еле-еле душа в теле: мелкие, тощие, трясущиеся, с голубыми ошейниками, – успокоил друга Шмаль.
– Страна Крым… волны, чебуреки, кошечки… – мечтательно закатил глаза Барс и тихонько захрапел. И только ему стали сниться весёлые Маньки и Фроськи, как он почувствовал толчок в плечо.
– Цыц, в натуре! Не сопи, братан!
В полумраке широкого, опустевшего коридора учительница отчитывала хрюшку-первоклассника. Говорила она тихо, почти шёпотом. Губы её дрожали, на лице играли желваки; она проявляла агрессию, будто вот-вот впадёт в «ярость».
Поросёнок боялся даже дышать. Он опустил рыльце в пол, принимая наказание за шутки, отпущенные в классе. Пацан шмыгал зелёными соплями и в страхе пускал слезу.
Человеческая женщина подняла за подбородок мордочку маленького хряка, требуя смотреть ей в глаза.
– А всё-таки они терпеливые… потому что умные, – заметил Шмаль.
– Люди, что ли? – уточнил рыжий.
– Ну а кто, свиньи в штанах? – цыкнул чёрный, потрогав когтем клык, сломанный наполовину.
Шмаль не испытывал ненависти к боровам, но хорошо помнил, что некоторым из них не терпится содрать с него шкуру. Это была ещё одна из причин, чтобы перейти десяток границ и очутиться у Чёрного моря, где много красивых девочек и нет волков; хотя с волками не всё так однозначно…
– Смотри, её трясёт, как при голоде! – напрягся Барс и попятился назад.
– Главное, не дёргайся, земеля. Она нас не заметит. И о библиотечке помни. Плевал я на разборки педагогические. Картинка моего дедули важнее, – покосился на струсившего друга Шмаль.
Учительница неуклюже развернулась, словно хмельная. Закрывая ладонями лицо и пошатываясь, она шла по коридору прочь от перепуганного поросёнка. А малыш, воспользовавшись замешательством человека, дал дёру, оставив на полу школьный ранец на лямках.
– Вот же не свезло посмотреть, как хавают доходягу… Да она слабачка, Барс! Будь я на её месте, сожрал бы свинёнка, к чёртовой бабушке! – улыбался Шмаль, и не понятно, шутил чёрный или говорил всерьёз. – А нет, ещё не конец фильму. Смотри, у нас ещё один кабан нарисовался.