Максим Волжский – Когда-то был Апрель (страница 84)

Взяв на руки Дениса, Апрель с лёгкостью пробежал вверх по ступенькам лестницы и усадил друга на диван рядом с влюблённой парочкой. Потом он глубоко вздохнул и, не произнося магических заклинаний, сначала закрыл глаза, а когда через мгновение открыл, то увидел, что его знакомые слегка потягиваются, словно спали долгую-долгую ночь.

Все трое находились в состоянии глушённой рыбы. Слова давались с огромным трудом и лёгким заиканием, а тела после мистического воздействия терзал неизвестный недуг.

Апрель недоверчиво бросил взгляд на Ивана и спросил, как это делают друзья — без предисловия, напрямую:

— Литяйкин, ты чего забыл в этом доме?

Поверить в то, что его друг Ваня Литейкин, с которым Апрель ходил ещё в детский сад «Морские камушки», предатель и лиходей — невероятно сложно. Да, он выдумщик, неисправимый лентяй и даже обманщик, но чтобы Иван затеял гадость против друга — в такую реальность поверить невозможно.

Ваня растерянно всхлипнул и, подбирая орешки с дивана, выдавил из себя:

— Мы со-со Светой… н-нас пригласили. Это д-дом её начальника… — Иван говорил, словно кто-то придерживал пальцем ленту на старом магнитофоне. Он медленно хлопал глазами и привычно почёсывал взъерошенную шевелюру. — Мы… в-в гостях. Или… г-где мы?

Света растерянно посмотрела на Ивана.

— Почему мне так… п-плохо?.. — потом она покосилась на Апреля. — Что т-ты с-с нами с-сделал? Где н-наши ребята? Ты их… у-у-убил?..

Апрель пригляделся к побоям на лице Дениса. Показалось, что синяки под глазами, это вовсе не синяки. Кто-то наложил приличного качества макияж. Маскарад с раскрашиваньем лица под побои, немного озадачил и в то же время всё расставил на свои места.

— Иди умойся, Копперфильд! — строго сказал Апрель Старцев, а потом обратился, уже ко всем сразу: — Вы, что здесь устроили, клоуны? Что это за игры такие? Это какой-то весёлый розыгрыш?

Виновато пожимая плечами, первым ответил Денис:

— Апрель… тебе н-нужно с-с Матвеем Сергеевичем поговорить. Поверь, м-мы н-не желаем зла. Мы… на твоей стороне. Вот только В-ваня здесь для м-массовки…

Апрель заметно сердился.

— Не желаете зла? Да, кто вы такие? Вы сектанты, что ли или на телевиденье работаете?

Ваня с трудом поднялся с дивана, позабыв о любимых орешках. Оттопырив указательный палец, он плавно размахивал им вперёд-назад, соглашаясь и не соглашаясь одновременно.

— Я н-не в секте. Я не з-знаю, что здесь п-происходит. Меня п-позвали, я п-пришёл. Видишь… п-пиво пью…

— Литяйкин, тебя утром похищали? — уточнил Апрель.

— Кому я н-нужен? Какой н-нафиг п-похищали?

Стало понятно — Ваня в заговоре не участвует и остаётся, как прежде, незадачливым другом: немного несуразным, озорным, зато честным и верным, с которым всегда можно под рюмочку провести вечерок и пожаловаться на сложности судьбы или порадоваться удачной неделе. А вот Дэн и Света явно, что-то скрывали. У Светланы на глазах снова блестели слёзы. Она лениво шлёпала себя ладонями по щекам, пытаясь прийти в себя. Девушка подняла мокрый взгляд и спросила о тех, кто сейчас был внизу.

— А где ребята?

Апрель спустился в подвал. Увидел, что тренированный Колос уже сумел развязаться и вовсю освобождает товарищей.

— У нас получилось, Апрель. Ты только нас не прибей ненароком. Мы ведь… свои… — бормотал Колосов.

***

Все твердили об одном и том же — боялись за свою жизнь. Но почему молодой москвич обязательно должен кого-то покалечить или, не дай бог, убить? И Колос, и все остальные принимали его за какого-то маньяка, а Крымов, тот просто поразил, сообщив невероятные новости.

Пётр Васильевич Крымов, капитан первого ранга в отставке, всю свою зрелую жизнь посвятил морю. Крымов — человек, с твёрдыми убеждениями и несгибаемым характером, когда-то служил на Тихоокеанском флоте. Родился он на берегах реки Дон в казачьей семье. Ссылаясь на фамилию, весёлые соседские мальчишки дали ему кличку «Матрос». Разве знали эти сухопутные пацанята, что меткое прозвище на долгие годы будет жить рядом с Петькой Крымовым, вцепившись в него, словно моллюск в ракушку.

Последние годы Крымов обосновался далеко от моря, в Москве. Уйдя на пенсию, он последовал в самое логово ордена, в который его семья вступила ещё больше двух сотен лет назад. Крымов переехал в столицу и спустя время стал правой рукой главы неординарного клана. А пожилой сосед Матвей Фирсов оказался не только любителем старинных вещиц и ценителем женских форм, а ещё тем самым лидером весьма необычного сообщества. Матвей Сергеевич возглавлял тайный круг «Собирателей».