Максим Волжский – Фильтр из близнецов. Часть 1 (страница 7)
— От судьбы не уйдёшь, Смирнов! — вдогонку крикнула Лиза. — Это тебе только кажется, что всё хорошо. Живёшь в параллельной реальности, Ванюшка. Глазки-то открой. Мир совсем не такой, каким ты его рисуешь.
Иван развалился на диване, включил телевизор и задумался: а что если Лиза права?
Например, сегодня...
Что если парень совсем не собирался падать под поезд? А если нет, значит, Ваня не спас человека, а отправил в места не столь отдалённые. Выходит, что его видения вымысел, игра больного воображения.
Ваня испугался. По спине пробежали мурашки размером с жука скарабея. Футболка вмиг намокла, словно попал под проливной дождь.
Захотелось зажечь сигарету. Затянуться.
Но в комнате Ваня не курил; вернее, курил раньше, а сейчас только в туалете или на балконе, поскольку Лизе жутко не нравилось, когда пахнет табачным дымом. Потому обычный перекур всегда сопровождался суровыми взглядами Лизаветы.
Иван встал с дивана, скинул футболку, достал сигарету и заперся на толчке.
«Парень продавец наркоты, — прикуривая, думал он. — Нечего травить людей. Пусть сидит, сучонок!»
***
Наступила ночь.
Ваня лежал и разглядывал еле видимый в темноте потолок. Рядом спала Лиза.
После вечерних нравоучений и последующего примирения они посмотрели фильм о супергерое в обтягивающем трико. Фильм был отстойный. Сражения американо-космической силы со злом с русским акцентом, жуть как надоели. Но наши фильмы тоже не фонтан. Хотя есть и приличные...
Лиза уснула быстро, а Ваня уже второй час вздыхал и зевал. Мысли об Обречённом из метро не давали покоя... Ещё на кухне, как бешеный трактор, тарахтел холодильник.
— Замучил ты меня! — прошептал Иван и соскользнул с кровати, чтобы прикрыть дверь на кухню.
Встав на цыпочки, он будто сломленный голодом фанат похудения, проскочил на сакральную зону, где всегда можно подкрепиться бутером; не зря же он сюда припёрся.
Иван даже свет боялся включить. Если Лиза его здесь застукает, то будет грызть до утра.
До холодильника он так и не добрался, потому что услышал шорох в одном из кухонных шкафов.
«Кто здесь? Это барабашки и мыши?» — весело подумал Ваня и ощутил, как под ногой что-то хрустнуло.
— Твою мать! — сдерживаясь выругался Ваня, потому что об это «что-то» он вроде порезал стопу.
Надо включить свет.
Оставалось добраться до стены напротив. Но Ваня замер, потому что услышал детский голос.
— Помогите мне, дяденька… — плаксиво просил голос.
— Опа-па! А кто здесь? — оцепенел в ужаса Ваня и покосился вниз.
Лунный свет пробивался сквозь окна. Он увидел детские очки на полу. Одна половинка была заклеена пластырем, у второй — оправа пуста. Стекло разбилось на мелкие кусочки, и именно об острые осколки Иван порезали ногу. Но пугало иное... Из-за приоткрывшейся дверцы выглядывал напуганный мальчик, тот самый мальчик из поезда, который читал шахматный журнал в третьем вагоне. Пацан шмыгал носом, а по его щекам текли слёзы.
— Помогите дяденька... Мне нужна помощь… Мне страшно... — заклинал малыш.
Страшно было не только мальчику!
Иван ощущал на себе всю мрачную прелесть ночного кошмара. У него ослабли руки, перестали слушаться ноги и онемел язык, а позвоночник сквало несгибаемым стержнем, словно посадили на кол. Тихий и жалобный голос мальчика пугал до смерти, пронизывая страхом от макушки до окровавленной пятки.
Мысли путались. Его лёгкие наполнялись воздухом. И когда, казалось, что пол-Москвы услышит вопль дикого марала, Ваня захлопнул дверцу, убирая мальчишку с глаз долой.
Но мальчик не желал исчезать. Дверь открылась снова. Внутри как прежде прятался мальчик-шахматист.