Максим Волжский – Девяностые. Охота на Колючего маньяка (страница 11)

Они смотрели на меня с удивлением, не понимая, какого лешего я посмел зайти в эту комнату. Эти ребята не боялись ни Бога, ни чёрта, ни бандитов и ни ментов. Я сразу вспомнил истории о том, как в нашем городе дерутся солдаты Софринской бригады с местными омоновцами. Драки были довольно масштабные. Доходило до того, что на дискотеках они сходились двадцать на двадцать. Вероятно, что сейчас в 12-ом номере снова находились солдаты Софринской бригады, которые подозревали, что я либо мент, либо группировщик «южной» бригады, которых они тоже недолюбливали… А я надеялся, что солдатики здесь не затем, чтобы пить водку, а только хотят забрать своего разгулявшегося товарища.

Среди военнослужащих один парень особенно выделялся ростом и статью. Я сразу понял, что он офицер.

– У тебя всё нормально? – спросил высокий у солдата на кровати.

– Ну да… Я уже протрезвел, – ответил шрамированный.

– А за этих уплачено? – кивнул высокий в сторону девиц.

– Так точно, я заплатил. Но они своё отработали, – ответил солдат и поднялся с кровати.

На мгновение он повернулся спиной, и я заметил три жутких шрама от пулевых ранений. Этот парень однозначно побывал в аду. Любопытно знать, что у него в голове? Если бы он был местным, то, несомненно, попал в расширенный список подозреваемых в зверском убийстве бандитов.

Возникла пауза.

Шрамированный одевался. Другие солдаты ждали своего товарища и недобро косились на меня, преграждая путь девочкам. А высокий всё не успокаивался и снова задал вопрос:

– У тебя точно всё хорошо, Алексей?

Застёгивая джинсы, солдат с улыбкой ответил:

– Всё нормально, товарищ лейтенант. К Надежде мамка приехала. Девушкам пора уходить.

Высокий кивнул. Остальные солдаты освободили проход к двери, пропуская меня и девчонок.

"Пронесло, в смысле прокатило", – подумал я, двигая на выход.

Первыми из номера выскочили девчонки.

Я заметил в коридоре свою учительницу по литературе, которая ужасно переживала за проституток и за общий порядок в гостинице. Перед тем как закрыть дверь, я сказал на прощанье солдатам:

– Удачи вам, мужики.

Не дождавшись ответа, я закрыл дверь и замахал снизу вверх руками, не гоняя воздух, а прогоняя девочек из коридора вон.

Катька и Надька рванули по лестнице вниз и выбежали из гостиницы.

Я подошёл к окну и увидел, как они сели в "девятку" Паши хромого.

– Вот и всё, Анжелочка, – сказал я и сразу услышал голос за спиной:

– Скажи мне, Спицын…

Я обернулся.

В метре от меня стояла Ольга Николаевна, как всегда поправляя свои очки и недобро хмурясь.

– Что вам сказать, Ольга Николаевна? – поинтересовался я.

– Спицын, ты что, с ними? Ты тоже бандит? – неожиданно спросила она.

Я не знал, что ответить. Как можно объяснить моё присутствие в 12-ом номере? Нагнул отделение солдат и отжал баб, чтобы трахнуть их в другом месте?

– Эх, Спицын, Спицын… – вздохнула Ольга Николаевна, а ныне администратор в гостинице «Викинг», которая, когда требуется, звонила Анжелке и вызывала девочек для солдат, для ментов и бандитов, а также загулявших мужей. Так недолго и своего сынка здесь встретить. Хотя тот вряд ли объявится в «Викинге», потому что он активный член «борисовской» группировки, которая враждует с «южными». Пусть Ольга Николаевна у сына своего узнает, почему он бандитствует, а не работает «как все нормальные люди». У меня спрашивать не нужно; в конце концов, это её сын бандит, а не я.

– Разрешите пройти, Ольга Николаевна.

Бывшая учительница строго посмотрела на меня, затем сделала шаг в сторону.