Максим Волжский – Чемпион. Учебка (страница 3)
Гальян сам пожаловал на расправу. Бормоча что-то матерное и бессмысленное, кряжистый пацан бросился на царевича, по привычке осыпая его ударами. Он бил, что было в нём сил. А Денис встал в полный рост и даже не защищался. Довольно увесистые удары прилетали по рёбрам, в солнечное сплетение и по печени. Но Денис был словно выкован из железа.
Царевич ударил Гальяна всего один раз. Удар прилетел точно в челюсть. Гальян даже не понял, как оказался в глубоком нокауте.
Бес корчился, хватаясь за сломанную руку.
– Слышь ты, пидор… – бормотал он, проявляя свою стальную волю, но Денису Завалуеву были не интересны жиганские приколы.
Царевич поднял нож, затем схватил Сеню за брючный ремень, поставил тифозного раком и ловким движением разрезал ему сзади штаны, оголив костлявую задницу.
Правой рукой Сеня сжимал в кулаке свою мошонку, левой – искал края разрезанных джинсов, при этом пытался встать с колен.
– Да не суетись ты, – буднично сказал Денис, врезав Сене ногой в голову.
Принц крови метил носком в ухо. Ботинки на нём сегодня были крепкие, носок твёрдый. Потому Сеня застонал, а из уха потекла тонким ручейком кровь…
«Вот и лопнула перепоночка…» – подумал царевич.
Сеня ещё пару секунд держался, а потом упал лицом в грязь, потеряв сознание.
– На колени встань, пожалуйста, – вежливо попросил Беса царевич.
– Пошёл на хуй, чухан! – шипел бывший зэк. – Пиздец тебе, сука!
Денис схватил Беса за ещё здоровую руку и резко вывернул кисть, то ли ломая её, то ли выкручивая – как повезёт.
Бес снова взвыл. Потом заорал.
Но на Ульяновск уже спустился вечер. Почти стемнело. И за гаражами тишина, ни души. Кроме луны на небе свидетелей больше не было.
– Да заткнись ты уже… нытик, – усмехнулся Завалуев и показал нож. – Будешь вопить, я тебе глаз вырежу и Сене в задницу вставлю. Усёк?
Бес мучился от боли и от потери ускользнувших денег, а также страдал от горького самообмана. И всё равно непонятно, как этот ссыкун смог справиться с ним, тем более что с Бесом было ещё два пацана?
– Запоминай… Кричать нельзя. Плакать тоже нельзя. Таковы мои правила. Нужно терпеть. Тебе понятно? – спросил царевич и ткнул ножом в худое плечо.
Сразу брызнула кровь, и Бес понял, что сейчас его убьют, если он не сделает всё, что захочет волосатый футболист.
– Я не ору, я молчу… Я всё понял… Хватит уже, братка… Хватит… – кусал губы Бес.
– Ну вот… молодец. С тобой приятно иметь дело, – кивнул Денис.
– Братка, тебе нужны бабки? Так у нас с собой есть рублей тридцать… Ты возьми их себе. Только не убивай. Прошу тебя, не убивай…
Царевич слушал Беса, смотрел на Гальяна, который походил на контуженого бойца. Он обхватил голову и хлопал глазами, не веря, что его друзья повержены и унижены. А голая задница Сени разрушала миф о непобедимости заволжской братвы.
– Ладно… давай свои деньги, да разбежимся. Мне ещё девушку надо встретить, – буднично сказал Денис, словно сидел с друзьями на лавочке.
– Правда? – не поверил Бес, потому что зародилась надежда.
– Ну да, правда. Ты ведь сам предложил откупиться. Или ты передумал? – хитро спросил принц крови.
– Нет-нет, я не передумал, братка, – замотал головой Бес.
– Хорошо, – согласился Денис. – Только не называй меня братом. Понимаешь… у меня очень сложные отношения с родственниками. С сёстрами, с матерью…
Бес активно закивал, согнув руки в локтях. Его сломанные кисти безвольно болтались. Чем-то Бес напоминал богомола.
В это время снова оживился Гальян. Он тоже устроился на коленях, вытирая грязными руками грязное лицо.