Максим Волжский – Агентство Время-Тур (страница 2)
– Советую покупать ярославскую версию. «Варвара» вдвое дороже, но до чего же смышлёная! И совсем не ломается, как вы выразились: её хоть по матери, хоть кувалдой в темя. Всё стерпит.
– Ну да, ну да… «Варвара» ещё и ответить может, – рассмеялся Антон Сергеевич.
Дела в агентстве шли не шатко. Да и вообще, жизнь становилась всё дороже: два кредита, аренда офиса, аренда двухэтажного загородного дома, алименты бывшей жене, подарки секретарше Леночке. Леночка была любвеобильной и ненасытной крошкой, а господин Нечихаев любил красивую жизнь, а это накладно в России.
– Ближе к делу, – будто очнулся директор. – Так куда вы хотите отправиться?
Иван тоже откинулся на спинку и важно сказал:
– Хочу увидеть свою родню.
– Не совсем понял вас, – уточнил Нечихаев.
– Я имею в виду путешествие во времени. Понимаете, к чему я клоню?
– А-а… ИИ! Улицы предков, родные корни! – обрадовался Антон Сергеевич. – Прекрасный выбор, доложу я вам. Куда хотите погрузиться, в какой век?
– В Саратов. Начало двадцатого. На трое суток. Точнее, на 60 часов, но не более. Я уже всё просчитал.
Виртуальное путешествие в прошлое требовало от турагентства специальную лицензию и стоило приличную сумму. На эти деньги можно три месяца провести в бразильском отеле или полгода отдыхать на Кубе. Даже двадцатидневный отдых в Крыму нельзя сравнить с путешествием в прошлое. Крымское побережье считалось самым дорогостоящим на Земле… Но погружение в дальние века – это отдельная строка в бюджете.
– Надо определиться с суммой и составить договор, – деловито сказал Антон Сергеевич. – Вы когда-нибудь пользовались услугами временной петли?
– Нет. Я первый раз, – ответил Иван.
– Представляете, в сфере туризма я работаю девятнадцать лет, но никогда не использовал собственное оборудование. Опять же, всё зависит от торговли. И если бы не обстоятельства, то путешествовал каждый день – да хоть к динозаврам!
Ничего опасного в виртуальном путешествии не было. Клиента укладывали в удобное кресло-кровать, надевали на голову кибершлем и с помощью инъекции вводили в состояние глубокого сна, на столько дней, насколько пожелает турист. Остальную и основную работу выполняла туристическая нейросеть, моделируя с точностью девяносто шесть процентов: людей, дома, природу, погоду, обычаи, говор и место, куда отправлялся путешественник, погружённый в волшебный сон.
Заключив договор и подписав бумаги, клиент в обязательном порядке сдавал кровь и делился персональными данными, чтобы установить, в каком регионе проживали его предки вплоть до шестнадцатого века. Бывали случаи, когда родственников клиента разыскать не удавалось, поскольку следы путались во времени. Но с двадцатым веком никогда проблем не возникало – за редким исключением.
– Возможно, я неточно выразился, – осторожно сказал Иван, – я бы хотел отправиться в прошлое… по-настоящему.
Директор Нечихаев удивился, но виду не подал.
– Полагаю, вы знаете, что три года назад запретили подобные опыты?
– Я что-то слышал об этом, – лукавил господин Парамонов. – Но, как бы вам сказать… Всё дело в том…
– Нет-нет, дорогой Иван, ничего не хочу слышать, и даже не продолжайте. Закон есть закон! Мы с вами добропорядочные граждане, к тому же существует наказание! В случае утечки мою контору лишат лицензии, обложат штрафами и прикроют, а потом будет суд, где меня приговорят к пяти годам домашнего ареста. И я всё-таки уже не мальчик, чтобы сидеть в четырёх стенах. Да и дома своего у меня нет; дом жене моей бывшей достался… понимаете? Так что, Иван, нет! Забудьте о полёте в прошлое. Давайте вернёмся к туристической нейросети.
Три дня проведённые рядом с далёкой роднёй позволяли вдоволь насладиться атмосферой прошлого. Нейросеть была виртуозным мистификатором, передавая полное ощущение присутствия.
Человек видел красивую картинку, чувствовал запахи, ощущал вкус домашней еды. Он общался со своими мёртвыми родственниками, как с живыми, рассказы которых были наполнены правдоподобными историями о семье, городе, нравах и проблемах того времени. Виртуальные люди, созданные ИИ, были близки и понятны, но при всей живости ума и проникновенности слов они оставались лишь вымышленными людьми. Их мысли, эмоции были созданы исключительно умными программами, которые живо реагировали на желания самого туриста, понимая, как его удивить и чем позабавить. Связь с прошлым с помощью нейросети – это, скорее, познавательная экскурсия, приближенная к реальности, но к реальности не имеющая никакого отношения.